Гарри не мог поверить, еще минуту назад Мерлин был готов испепелить его! Он прижал его к своей груди, чувствуя сильнейшую боль от бушующей в приемыше враждебной магии.
Что я могу для тебя сделать?
Уничтожь меня!
Мерлин Поттер, вы обвиняетесь в убийстве четырех магов - преподавателей Хогвартса! До выяснения всех обстоятельств дела, вы будете заключены в покои «молчаливых». Пройдемте мистер Поттер.
Гарри дернулся, не понимая, что обращаются не к нему. Проводил взглядом уводимого под конвоем Мерлина. Тот послушно шел за тюремным служителем в мрачное нутро магической тюрьмы. Его уже обрядили в привычные цепи, закрепив перекрещенные звенья огромным тюремным замком на спине. И когда Мерлин поднял подбородок, помогая надсмотрщику поудобнее наложить оковы, Гарри разглядел не заживший полностью шрам.
Он действительно полоснул себя по шее, кровь была настоящая.
Как была настоящая любовь в его сердце! Какой же ты еще глупый Мерлин! Вдруг понял Гарри.
Вам дурно? Мистер?
Боль, сильная боль, - Гарри показал на грудь, - мне надо присесть.
Рон проиграл в голове тысячу вариантов: начиная от откровенных ругательств, громких обвинений, возможно даже пары пощёчин до взволнованного сочувствия. Еще не зная с чего начать, вихрем ворвался в дом Поттеров. Саманту нашел на кухне. Та ни сколько не удивилась дальнему гостю. Коротко сообщила, что Гарри в больнице святого Мунго со вторым инфарктом, а Мерлин в Азкабане. На вопрос кто такой Мерлин, только руками замахала, закрывав покрасневшие глаза передником, отвернулась к кастрюлям.
Гарри спал, Рон пристроился на стуле возле его кровати. Во сне, веки старого друга подрагивали, словно он видел кошмарный сон. Белое больничное одеяло закрывало его полностью. Сзади тихонько подошла прислуживающая колдведьма, пожилая, с добрым лицом. Поставила на столик пузырек с лекарством и посмотрела на лежащего.
Держитесь, мистер Поттер, - стараясь не разбудить, прошептала она.- Ради нас всех, не умирайте.
Перевела глаза на Рона и грустно закивала.
Мадам Помфри!
Я дорогой Ронни.
Она сделала ему знак выйти в больничный коридор, здесь рассказала что произошло. У Рона побелели веснушки на щеках.
Я убью его!
Он уже в тюрьме, готовится к суду. Думаю, что Мерлина приговорят к «непростительному заклятью». Только как переживет это Гарри? Дрянной мальчишка, прочно засел в его сердце! Послушайте мистер Рональд вам надо подготовить миссис Поттер и мальчиков. Они большие, они поймут. Помогите его семье….
Рон,- слабый голос из глубины палаты остановил было ушедшего друга. - Рон, - опять позвал Гарри, - помоги Мерлину. Прошу.
Перестаньте мистер Поттер! Вы даже на смертном одре думаете только о нем. Мальчишка не стоит этого!
Стоит мадам Помфри, поверьте мне, еще как стоит!
Пожалуй, стоит завести в Азкабане персональную камеру Малфоев, - меж тем рассуждал сам с собой Мэрл, пока его приковывали к камням покоев «молчаливых». – Мы бы оборудовали её соответственно и отсиживались, время от времени, с комфортом….
Поверни голову!
Служитель надел ему сплетенный из толстой проволоки ошейник немоты. Затянул так крепко, что на миг перехватило дыхание. Мерлин взглянул исподлобья на него и промолчал. Одежда разорванная Гарри, висела на теле длинными лоскутами. Сквозь остатки кофточки просвечивала тонкая мифриловая цепь. За все годы проведенные на шее мальчика она истончилась, стала легкой и почти невесомой. Мрачный волшебник еще раз проверил крепость замков и посмотрел на узника.
Тебе сколько лет? Семнадцать? Гордись! В столь юном возрасте еще никто не попадал в эти покои. Запомни, здесь царит тишина! Каждое сказанное слово, отныне будет причинять тебе страдание. Шипы ошейника пронзят твое горло, если осмелишься открыть рот. Отсюда ты выйдешь на суд, а потом на казнь. Так что поторопись, пока я не наложил болевые чары. Пока можешь - твое последнее слово!
Пошел к Мендосу, - выплюнул Мерлин и отвернулся.
Маг понимающе кивнул и произнес заклятие, попеременно коснувшись волшебной палочкой обеих рук узника. Цепи натянулись, вывернули назад без того напряженные плечи мальчика. Мэрл сжав зубы, повис на вздернутых руках.
-Молчание, - напомнил служитель. И вышел.
