Закутанный в длинную лисью шубу, волшебник прошёл в личные апартаменты ректора и тяжело опустился в первое попавшееся кресло. Тимоти принес немного горячего грога, налив начальнику в широкую чашку. Приказал выпить. Мог бы и не приказывать, холод и сырость царившие в средневековом замке, пробирались даже под роскошный черно-бурый мех. Пока они обменивались любезностями, кидаясь ничего не значащими фразами, раздалось несколько отдаленных взрывов.
Мартин испуганно прислушался.
Вершители тренируются?
Они, сэр Живински. В этом году их трое, точнее уже двое с половиной. На следующей неделе одного из них придется снять с обучения, орлята заклевали своего собрата. Ради сохранения жизни придется перевести мальчика в некроманты.
Опять что-то грохнуло, и половина неба осветилась огненным смерчем. Скала у горизонта раскололась, несколько особо крупных обломков поднялись в воздух и полетели по направлению к школе.
Граф вздохнул, встал и запер ставни. Через несколько секунд они услышали сильнейший удар о дубовые створки окна, здание затряслось.
Стоять!
Рыкнул граф и всё смолкло.
Доктор Мартин понимающе вздохнул.
Вы делаете большое дело сэр. Никто бы кроме вас не справился с подобным учебным процессом, и всё же у меня есть к вам просьба.
Моия! Морте! Монро!
У обоих магов защипало в глазах, так словно в них плеснули едкой кислотой. Слезы застлали глаза, ослепляя соленой влагой.
Эмио! Мрако!
Через минуту заломило ноги, из носа потекла кровь. Мартин раздулся и стал похож на слона.
Тим разозлился. Он приоткрыл дверь и закричал.
Пошли вон от моего кабинета! Тренируйтесь внизу.
Сражающихся на этаже вершителей тот час невидимой рукой сбросило во двор.
Извините. Детишки увлеклись, у них часы боевых проклятий, вот и стараются.
Мартин оттер покрасневшие глаза.
Вообще-то я приехал что бы переговорить с вами по поводу одного из них.
Тимоти насторожился.
А именно?
Мне все равно, дайте мне одного из ваших учеников, для турнира. Клянусь, я не раскрою его инкогнито. Хотя бы того исклеванного, как вы выразились.
Граф задумался, он взял в руки четки и начал быстро перебирать их. Губы зашептали под нос старинные молитвы. Посовещавшись с богами, он согласился.
Поедут все трое. Один из них станет вашим представителем. Не благодарите меня сэр Мартин, я это делаю не ради ваших амбиций, так захотели «они». А теперь покиньте территорию школы. Мальчики сегодня слишком активны, боюсь вашей магии не хватит, чтобы остаться в живых.
Мартин шел поминутно пригибаясь и осторожно выбирая куда наступить - земля под ногами трещала, вздымалась буграми, раскалывалась трещинами. Налетевший смерч рвал тяжелые полы шубы. В довершение всех неудобств пути, пошел крупный град, величиной с детский кулачек ледышки посыпались с неба больно ударяя мага по макушке.
Ректор смотрел из окна как улепетывало его начальство.
Дважды сэру Живински пришлось применить палочку, Тим внутренне хохотал. Втайне он дал мальчикам распоряжение немного поиграть с магом, но без явной угрозы для жизни.
Они старались.
Тут он вспомнил о данном обещании вывезти всех троих в Хогвартс и при этом убедить Мак Гонагалл что монстр сидит на острове, что ж это вполне в его духе.
Значит ночь святой Бригитты обещает быть веселой, если конечно переживем Самайн.
Праздник похорон лета – Самайн, будет отмечаться семь дней, но основные празднества пройдут в его третий день…
Мерлин лежал носом вниз на учебном столе, закрывшись от поэта учебником по демонологии, и пытался немного поспать. Талиесин сейчас напоминал ему эльфа, Мерлин находил в нем много сходных черт, и все же бард не питал к нему такой всепоглощающей любви, как Арку. Это было неприятно.
« Очевидно, - мысли мальчика текли так же медленно как мутные воды Стикса, - он еще не привык ко мне. Все таки детские годы проведённые вместе дают о себе знать. И еще эта Мэб требует его голову».
Мысли опять перескочили на эльфа.
« А потом? Чью голову она захочет – мою? Нет, её нравится со мной спать, пока. Пока они не найдут более совершенного и меня постигнет судьба эльфа…»
….В замок съедутся многие бывшие выпускники северного отделения, будет пир. Ты слушаешь меня?
Мерлин быстро кивнул, нельзя было признаваться все обращенные к нему слова, он благополучно проспал.
Талиесин не удовлетворился его кивком.
В чем будет состоять твоя роль?
Он быстро приложил пальцы к груди, затем поднял руку и коснулся глаз.
Смотреть и чувствовать?
Наставник ждал еще чего то. Мальчик начал усиленно соображать. Поэт пришёл на помощь.
И подчинятся! Ты слишком много размышляешь о своем предназначении, позволь хотя бы нам с графом подкорректировать твою судьбу.
