– Нет, нет, не знаю. – Форбс закрыла лицо руками и расплакалась. Грейс скрестила руки на груди. – Она наверняка занималась проституцией. Вы думаете, её убил один из клиентов?
– Мы не исключаем, потому что вашу дочь убили на сексуальной почве.
– Когда ей было семнадцать, у меня был сложный период. Я не работала, много пила и перестала следить за тем, что происходит в жизни Шелли. Её поместили в одну патронатную семью, затем в другую, а потом они сменялись одна за другой, пока Шелли не стала совершеннолетней. Они не могли с ней справиться. И я не могла. Шелли стала жить в приюте для беспризорников при церкви. И тогда наши отношения окончательно испортились. – Она всхлипнула и снова со злостью уставилась на Грейс. – Вы меня что, допрашиваете? Потому что всё выглядит так, будто мне нужен адвокат.
– Если вы хотите, чтобы мы нашли убийцу вашей дочери, пожалуйста, отвечайте на вопросы. – Грейс вдруг ощутила такую праведную ярость, что едва сдержала рвущийся из груди огонь.
– Всё нормально. Мы благодарны вам за сотрудничество. – Джеймс взглядом предостерёг Грейс. – Ответьте на несколько вопросов, Лорейн, прошу, – деликатно шепнул Джеймс, сжав её ладонь в своих.
– Не знаю, как называется тот приют, он находится где-то в районе Королевы Анны. Можете поговорить с куратором.
– У неё были отношения? Друзья, о которых вы знаете? – уточнил Джеймс.
Лорейн пожала плечами.
– Чёрт её знает. Она ни с кем не дружила в старшей школе. Не знаю, был ли у неё кто из друзей. – Она говорила и смотрела на Джеймса.
Лорейн Форбс, игнорируя присутствие Грейс, угостилась ещё одной сигаретой из пачки Джеймса и криво улыбнулась.
– При всём моём уважении, мисс Форбс, но если вам хоть сколько-нибудь хочется знать, что на самом деле случилось с Мишель, постарайтесь выглядеть чуть более заинтересованной, перестаньте флиртовать с моим напарником и говорите со мной. Потому что это дело веду я. – Грейс сохраняла отстранённое спокойствие.
Несколько мгновений в допросной было тихо. Слышалось только шумное дыхание Лорейн.
– Детектив Келлер, можно вас на несколько слов? – Джеймс коснулся предплечья Грейс и кивнул в сторону выхода.
Грейс почувствовала навязчивое жжение в глазах. Не хватало ещё расплакаться.
– На пару слов, Грейс, – настойчиво, но тихо повторил Джеймс.
Грейс встала и последовала за ним в коридор. Нортвуд закрыл дверь, и Грейс прислонилась спиной к прохладной стене, пытаясь взять себя в руки.
– Знаю, это было ужасно, – сказала она ещё до того, как Джеймс заговорил.
– Послушай, я согласен: Форбс ведёт себя неадекватно, но не стоит проявлять агрессию по отношению к ней. Я понимаю, что ты пытаешься вывести её на эмоции. Но… ты и сама в шаге от истерики.
– Я знаю, Джей, – шепнула она и закрыла лицо руками. – Чёрт…
С другого конца коридора к ним приближались двое полицейских: мужчина и женщина в форме. В руках у обоих были ориентировки на Мишель Форбс с надписью: «Ты знаешь, кто меня убил?» и стаканчики с кофе. На фото Мишель была такой хорошенькой.
Грейс не могла перестать смотреть на фотографию, она хотела запомнить Мишель такой: пухлощёкой девушкой с хитрой улыбкой и озорным взглядом.
Джеймс сделал пару шагов к Грейс, пропуская коллег, подошёл почти вплотную. Он как будто хотел сказать что-то ещё, но потом передумал.
Грейс положила ладонь ему на грудь и, слабо отталкивая, покачала головой.
– Не могу думать, когда кто-то вторгается в моё личное пространство, – шепнула Грейс.
Ей хотелось сказать: «Не могу думать, когда ты так близко».
– Ты ела сегодня?
– Нет… Я не помню.
– Тебе не помешает, – усмехнулся Джеймс, внимательно глядя на бледное лицо Грейс. – Может, сходишь куда-нибудь и поешь?
– Я пойду извинюсь перед ней.
– Грейс, пусть она остынет. И ты остынь. Я выясню всё, что нужно, и найду тебя.
– Постарайся выяснить всё, что только можно. Даже если тебе придётся флиртовать.
Джеймс кивнул. Ещё несколько секунд он смотрел ей в глаза, а затем вернулся в допросную.
Грейс стояла на месте, обнимая себя руками.
«Идиотка», – думала она.
Сейчас ей действительно ничего больше не оставалось – только перекусить в кофейне рядом с участком, чтобы не свалиться в обморок.
Грейс вышла через чёрный вход. Она застегнула куртку и шагнула за дверь, под колючий моросящий дождь. Ей пришлось до боли прикусить нижнюю губу, чтобы не расплакаться.
Джеймс нашёл Грейс в «Старбаксе» возле участка спустя два часа. Расстроенная, она всё это время просидела за дальним столиком у окна, откуда было хорошо видно вход. Джеймса она заметила сразу: широкий разворот плеч и тёмные буйные кудри с каплями дождевой воды на них.
Она никогда не вела себя так ужасно с родителями жертвы. И теперь чувствовала вину.
Джеймс взял американо и подсел к Грейс. Он снял кожаную куртку, оставшись в светло-сером джемпере и в джинсах. К поясу были прикреплены сверкающий полицейский значок и кобура из коричневой кожи с пистолетом.
– Спасибо. – Грейс прикрыла глаза. – Не знаю, что на меня нашло. Она просто вывела меня из себя.
