– Это довольные работники, мистер Йолк. Вы слышали, что сказала Ети. Ей нравится заниматься в тренажерном зале. Это самое главное в жизни живых работников. Работа и развлечение одновременно.
– Это дурацкая шутка, и я собираюсь ее разрушить. – Йолк зашагал обратно к двери, полы его длинного пальто развевались за спиной. Но он снова развернулся и заговорил так громко, что рабочие на своих местах подняли на него взгляды. – Это не тренажерный зал, это камера пыток!
– Я этого совсем не вижу, мистер Йолк. Честно.
– Это камера пыток для духа! Вы здесь убиваете достоинство жизни!
– Вы обвиняете меня в извращенном фанатизме, инспектор, но я утверждаю, что фанатиком являетесь именно вы. Прислушайтесь к себе. Пытки духа. Вы упустили свое призвание – вам следовало стать священником или поэтом. Признайте, мистер Йолк, вы просто ненавидите технологии.
– Я не испытываю ненависти к технологиям, слизняк… Я просто ненавижу ублюдков, которые используют их против нас. – И на этой ноте член профсоюза без сопровождения умчался прочь. Мангаудис не стал преследовать его, чтобы проводить, – Йолк был фанатиком, и, что куда хуже, фанатиком вооруженным.
Привлекли инспекторов, тренажерный зал тщательно обследовали. Никаких обвинений в нарушениях предъявлено не было. Живые рабочие действительно вырабатывали энергию для машин или же оказывали им решающую помощь в выполнении своих функций. В последующие недели расследование в отношении «Мангаудис Кристаленс» просочилось в прессу, и средства массовой информации охарактеризовали тренажерный зал как инновационный подход к живому труду, именно так, как его описал президент компании. По ВТ показали, как Мангаудис с гордостью представляет различные рабочие места. «Три в ряд» были видеоиграми в аркадном стиле, разработанными с учетом функций различных аппаратов. Мангаудис объяснил, что у него появилась новая идея для миниатюрного боулинга, в одну или несколько дорожек, и идеи для других станций, которые добавили бы немного больше отдыха среди физических нагрузок. Йолк истолковал это как предосторожность со стороны Мангаудиса – никто не должен был рассматривать тренажерный зал как нечто из диккенсовского работного дома. Хотя именно этим он и был, сколько бы дорожек для боулинга, видеоигр или бильярдных столов там ни ставили.
«Эксцентричный гений с уникальным видением», – гласила обложка журнала с фотографией ухмыляющегося Мангаудиса, сидящего за одним из тренажеров в зале. «Жуткая ухмылка», – подумал Йолк.
– Брось, – мягко посоветовала ему Вита. – Ты сделал все что мог. Он больной ублюдок.
– Я чувствую себя дураком.
– Брось, пока не почувствовал себя еще большим дураком. Нам не всегда удается победить дьявола, милый.
– Если вообще удается, – проворчал он.
После рабочего дня инспектор сидел с сотрудниками «Кристаленс» в баре неподалеку. Он спросил их, как на самом деле чувствовали себя те, кто работал в тренажерном зале.
– Ну, не ради этого я ходила в школу, – призналась симпатичная женщина с бритой головой. – Меня уволили с последней работы, так что я не могу себе позволить быть разборчивой. Но пока это оплачивает счета… и это на самом деле довольно забавно.
– Эй, а в чем проблема? – рассмеялся парень чуть за двадцать с накаченной грудью, допивая четвертую банку пива. – Переходишь с места на место, так что скучно не становится. Мы там хорошо проводим время. Зарплата небольшая, но и не такая уж маленькая… И поглядите, что мы делаем. Это удерживает меня на моем социальном уровне. – Он отсалютовал бокалом Йолку.
– И ты гордишься тем, что делаешь? Чувствуешь себя важной персоной, бегая по кругу, как крыса в колесе?
– Эй, это так же важно, как и все остальное, верно? Какое мне дело до гордости? Лишь бы противно не было. А как насчет тебя, приятель? Тебе нравится то, что ты делаешь?
Йолк лишь свирепо зыркнул на краснолицего мужчину с потными волосами и допил свой напиток. «Апатичный придурок, – мысленно обругал он рабочего. – Все вы такие. Заботитесь о собственной деградации меньше, чем я».
Они невежественны, возразил он в защиту рабочих. Ими манипулировали. Они не видели, что их эксплуатируют.
Дело закрыли. Йолк чувствовал вину за то, что больше ничего не мог сделать… а еще за то, что именно он вывел тренажерный зал на чистую воду. Он был уверен, что скоро найдутся подражатели – здесь и, возможно, в других колонизированных мирах.
Меньше чем через три месяца после расследования в «Мангаудис Кристаленс» Виту убили в дамской комнате подземки два парня-чум ради денег на наркотики.
«Они были безработными», – спорил сам с собой Йолк. Работай они в таком месте, как «Кристаленс», возможно, им не пришлось бы убивать его любовь ради своего «социального уровня». Такие места, как «Кристаленс», хороши до тех пор, пока обеспечивали хоть какую-то работу. И его профсоюз был эффективен, пока следил, чтобы люди там работали, пусть это и было фарсом.
Но всех этих отчаянных доводов не хватило, чтобы помешать Йолку купить на черном рынке взрывчатку.
