Мне нравились люди в «Продуктах»; мой непосредственный начальник и все коллеги по обслуживанию клиентов, за исключением одного даквибца, представителя той разновидности инопланетян, с которой я никогда раньше не работал. Он напоминал борзую-альбиноса на задних лапах, его розовые глаза нервировали козлиными радужками (а от голого тела, соответственно, исходил нервирующий козлиный запах). Его наняли по какой-то правительственной программе межпланетных отношений, и всякий раз, когда он считал, что им пренебрегли, выражал свое недовольство высоким визгливым, едва связным голосом. А еще он специально выделял слизь из желез в уголках рта, а та пахла, как гниющие зубы. Однажды я видел, как он оскорбил моего босса в разгар бессмысленного спора, и начальник мягко ответил: «Федадар, я признаю ваше право выражать свое недовольство в соответствии с вашей культурой, и здесь, в «Продуктах» мы готовы приспособиться к вам всеми возможными способами. Я уверен, мы сумеем немного снять с вас давление и так далее и тому подобное». Могу сказать только, что Федадару повезло не узнать, как я выразил бы свое неудовольствие, если бы он в меня плюнул. Я надеялся оставить позади времена убийств.
(Сейчас я вижу Федадара. Он тоже сидит прямо, только вот упавшая опора потолка пробила его от плеча до самого паха, и между половинами тела зияет дыра. С уголка морды свисает резиновая струйка подсыхающей слюны.)
Через неделю после начала работы в «Продуктах», я познакомился с отцом Салит, который тоже оказался на удивление открытым и дружелюбным.
Он специально разыскал меня и представился. Я видел его раньше и уже знал, кто он такой, но слишком нервничал, чтобы подойти. Отец Салит был красив и исполнен достоинства в своем черном деловом костюме, хотя по-прежнему носил синий тюрбан. Пожимая мне руку, Петар Екемма-Ур улыбнулся и сказал:
– Приятно познакомиться, Кристофер… Значит, вы друг Салит. Как у вас идут дела?
– Прекрасно, сэр, прекрасно, спасибо. Думаю, что отлично вписываюсь в эту компанию.
– Я слышал, что у вас все хорошо. Моя дочь очень вас рекомендовала. Где вы с ней познакомились?
Несмотря на его яркую улыбку и непринужденный сленг, в вопросе явно таились острые углы.
– В калианском читальном зале библиотеки субтауна. Я, э-э, интересуюсь вашей увлекательной культурой, сэр, так что мне было приятно познакомиться с Салит и послушать, как она рассказывает о Кали и вашем народе.
– Она – умная девочка, моя Салит. Очень своенравный ребенок. – Заметил ли я хоть малейший укол сожаления или неодобрения по поводу упрямства его непокорной дочери? – Я очень горжусь тем, насколько хорошо она справляется со своей работой, хотя, конечно, беспокоюсь за ее безопасность на улицах. Это очень опасный город…
– Да, сэр, но Салит очень крепкая.
– Так и есть. Она определенно крепкая. – Он усмехнулся с притворной усталостью и покачал головой. – Итак, Кристофер, у вас самого есть дети?
Еще одна проверка. Он хотел знать, женат ли я, встречаюсь ли с кем-то еще, кроме его дочери.
– Пока нет. Когда-нибудь, я надеюсь. – Я изобразил дрожащую улыбку. Боялся навлечь на себя гнев отца моей девушки, каким бы спокойным тот ни выглядел. Как долго придется скрывать от него наши отношения… Всегда? Салит не стыдилась того, что я ее парень, обнадеживало, что она готова рискнуть разоблачением, устроив меня на работу в «Продукты», но мне все равно было ненавистно действовать тайком за спиной ее родителей, будто мы занимаемся чем-то преступным.
– Что ж, я рад, что вы стали частью нашей команды, Кристофер. Желаю удачи. – Отец Салит снова протянул мне руку, его пожатие было крепким.
– Спасибо вам, мистер Екемма-Ур.
– Крис, о боже мой, с тобой все в порядке? – Я оборачиваюсь на голос и возвращаюсь в настоящее. Голос принадлежит Тэмми, молодой сотруднице службы поддержки, с ней Мойра, сотрудница постарше, обе выглядят запыленными, но невредимыми. Позади них, в конце офиса, я вижу ряд узких окон, ту их часть, которую не заслоняют кабинки и мусор. За окнами мечутся языки пламени, поднимающиеся над горизонтом Панктауна. На фоне свинцового вечернего неба, полного дыма и отсвета пожаров, это напоминает вид на столицу ада.
Я, пошатываясь, поднимаюсь на ноги, и обе женщины шагают вперед, чтобы помочь мне. Их тревожит засыхающая кровь на моем лице, но я отмахиваюсь и заверяю:
– Со мной все будет в порядке.
– Тебе лучше убираться отсюда, – между всхлипами произносит Мойра. – В здании пожар.
– Так и сделаю. Идите… давайте…
