— Не волнуйтесь, мы ему быстро надоедим. Я его хорошо знаю, уже послезавтра он будет рад спровадить нас восвояси, — улыбнулся купец.
В центре огромного зала не меньше сорока локтей в высоту и по сотне локтей в длину и ширину, украшенном изящными скульптурами из слоновой кости, возвышался трон. Этот трон находился на мраморном подножии высотой в два человеческих роста, из-за чего, чтобы увидеть шаня, гостям пришлось задрать головы. Барториус низко поклонился, и Теон со спутниками сделали так же. Шань был высоким и худощавым мужчиной лет сорока, и на его щеках был нездоровый румянец, а глаза, и без того по-итийски узкие, были болезненно прищурены. Теон с удивлением посмотрел на Раммана.
— Вероятно, это и есть красота в их представлении, — пожал плечами толмач. — Возможно, им наши мужчины и женщины тоже кажутся некрасивыми.
Тем временем шань, увидев Барториуса, сразу же обрадовался и заговорил с ним. Они говорили очень быстро и бегло, временами переходя на полушёпот, и Рамман не мог всё перевести, но краткую суть разговора он Теону пересказывал.
— Аристарх нахваливает наши подвиги, — сказал он. — Набивает цену. Говорит, что мы были в Соторосе, что мы великие воины и потопили целый флот волантийцев. А теперь он уже толкует про виверну. Мол, она прямо в Соторосе одному из железнорождённых одним взглядом вернула мужскую силу, — Теон поёжился от неприятных мыслей, но быстро взял себя в руки — это было явно всего лишь совпадением. — Торгуются… глядите-ка. Ещё только полчаса говорим, а они уже почти сошлись в цене. Как он в уши-то льёт, настоящий купец. И перешёптываются периодически, но я уже это не могу расслышать.
— Он просит показать голову, — Барториус настолько неожиданно обратился к Теону, что тот вздрогнул и не сразу сообразил, чего от него хотят.
Голова чудовища привела правителя в полный восторг. Он тут же пожелал ей обладать, так что они с купцом довольно быстро договорились. Судя по улыбкам, с которыми они перешёптывались, Барториус явно получил намного больше обещанного Теону вознаграждения, и всё остальное окажется его добычей. Законной… ну почти.
Получив желаемое, шань сделался безразличным ко всему остальному, в том числе и к путникам, сразу забыв про намерение как следует расспросить их о Вестеросе. Впрочем, он всё же приказал устроить гостям ужин и проводить их в покои, пообещав побеседовать на следующий день.
Как Теон ни хотел поскорее отплыть в Асшай, задержаться в гостях у шаня им пришлось, да и отгрузка золота — процесс не моментальный. На этот раз правитель принял их в менее помпезной обстановке — за утренним столом, однако и здесь его превосходство было подчёркнуто более высоким и роскошным креслом, в котором он сидел во главе стола.
— Интересно, почему с нами не трапезничает его жена? — весело спросил Марден. — У нас даже короли обычно принимают пищу вместе с семьёй…
— Только не здесь, — сказал Барториус. — Как вы уже могли заметить, любезные друзья, здесь очень сильное влияние итийской культуры. Даже жена государя у них имеет почти что положение наложницы. Она сидит в будуаре и ждёт его распоряжений. Принимает пищу она почти всегда отдельно. Более того, насколько мне известно, чужим воспрещено смотреть на жену Сына Солнца; платой за такое может стать едва ли не смерть. Хотя тут я не уверен в тонкостях перевода, но думаю, лучше не искушать судьбу и не заводить разговор на эту тему. Лучше попробуйте вот эти кольца кальмаров в черепаховом соусе. Это особое местное блюдо, даже итийцы так не умеют делать, — намёк пентосийца железнорождённые поняли, и семейные темы правителя больше не обсуждались.
Шань тем временем заговорил. Рамман тут же начал переводить.
— Сын Солнца желает знать, каковы обычаи далёких стран, из которых вы родом. Он хочет знать о городах Вестероса. Сравнимы ли они с Забхадом? Есть ли что-то похожее на его дворец? Что за люди там живут и как устроены их государства?
Теон улыбнулся
— Передай Сыну Солнца, что места, откуда мы родом — Железные Острова — не отличаются ни красотой природы, ни красотой замков, ни утончённостью обычаев. Мы простые и грубые моряки, и для многих из нас роскошь этого места ни с чем не сравнима. Что же до моих впечатлений об остальном Вестеросе… я могу сказать, что кое-что общее есть у этого дворца с Солнечным Копьём. Столица Дорна тоже сделана из светлого камня, но всё же это не слоновая кость. Так что по роскоши и могуществу правителей наши земли не сравнятся с этим местом. Хотя, смею заверить, крупнейшие города — такие, как Королевская Гавань или Старомест — ничем не уступают Забхаду, а возможно, что и превосходят.
Шань рассмеялся, услышав ответ, и что-то заговорил в ответ.
— Сын Солнца приглашает тебя на прогулку в Сад Тысячи Чудес для отдельной беседы, — сказал Рамман. — Больше никто не должен на ней присутствовать. Кроме переводчика, конечно. Он говорит, что это честь, которой удостаивается редко кто из чужестранцев.
