Цурбус вообще ничего не понимал. Он проснулся от того, что Лорени уже пищал, как недорезанная свинья, а потом ударил Цурбуса по голове со всей дури. Бахму вообще нихрена не понимал. Он спал и ничего из того, что говорил Лорени – не делал. Хотя, Иренди было сложно понять, но из всего того, что он плёл, можно было уяснить, что Цурбус лапал бедненького Ло, дышал на него – только как именно, здесь не совсем понятно. Томно, что ли? А про руку, так если это и было, то совершенно случайно. Короче, Цурбус молчал, изредка хмурился и пытался понять в выкриках Иренди хоть одно вразумительное слово.
- Истеричка, – сказала Сальмит, роясь в одном из сундуков. Она перебирала какие-то лохмотья, некогда бывшие платьями, блузами и юбками. Сидела, скрестив ноги, на полу, делала вид, что тем, чем она на данный момент занимается, очень важно для корабля и всей команды. – Не нервируй мой невроз. Вали отсюда и своего голубка забери с собою.
- Он не мой голубок!!! – завизжал Лорени так, как если бы он действительно был свиньёй и его резали. Да ещё ножкой притопнул, похожий в этот момент на взбалмошную принцессу.
Вечером Лорени отказался ложиться спать с Бахму в одну кровать. Но понимая, что этого не избежать, взял чуть-чуть раздвинул «кроватки», и когда молодые люди легли, получилось так, что они лежали с вытянутыми руками, которые свисали с краёв. Цурбус этим вечером засыпал хуже, чем прошлым, лишь потому, что не получилось принять душ. Иренди напрочь отказался идти с ним в одну кабинку, но через час, вслушиваясь в нервное постукивание пальцев Иренди по собственному животу, уснул.
Уснул и Лорени, к своему удивлению. Было почти три часа ночи. Лорени решительно был настроен не спать. Даже, несмотря на то, что раздвинул кровати, волнение по поводу близости Бахму никуда не исчезло. «Если такое ещё раз повторится, убью», – подумал Иренди, и после этой мысли, через минут двадцать, уснул. А когда проснулся, понял, что вчерашнее утро повторилось. Его голова лежала на вытянутой руке Цурбуса, которая была скованна с рукой Лорени. Левая рука пиратского ублюдка по-свойски обнимала, ладонь покоилась на животе. А ещё нос упирался в этот раз в шею и горячее дыхание, которым обдавал Цурбус кожу Лорени, очень сильно обжигало и напрягало не просто нервные клетки бедного Иренди, а весь организм. В этот раз нога не пыталась залезть на бедро Лорени, но Иренди ощутил, что вот-вот и провалится в какую-то узкую щелку. Тут же попытался избавиться от объятий Цурбуса и, не удержавшись на краюшке, упал в щель между кроватями. Бахму в этот момент недовольно застонал и открыл глаза.
- Придурок!..
Убить Цурбуса Лорени не смог, потому что ничего под руками не было, чтобы пронзить тело Бахму. Задушить тоже не получилось, пират тут же вскочил на ноги, попытался помочь Лорени вылезти из щели, прыгнул в сапоги и потянул его в душ, стараясь не обращать на визги, крики и негодования Иренди внимание.
- Тебе ещё не надоело? – спросил Цурбус, втягивая его в душевую и захлопывая дверь за собой. Он резко прижал Иренди к стене, заставив того широко открыть глаза и замолчать. – Сколько можно орать? От твоего визга даже корабль сходит с ума.
- Ненавижу тебя, – прошептал Лорени, вдруг почувствовав, как ноги подкашиваются. Цурбус был слишком близко, от него веяло опасностью, но тогда Лорени ещё не мог понять, какой именно. Бирюзовые глаза смотрели прямо в душу, захватывая в свой плен, сковывая невидимыми цепями и погружая сознание в густой туман.
- И я тебя, – донеслось откуда-то, словно издали. Голос Цурбуса казался глухим и непривычно хриплым. В этот момент Иренди показалось, что Бахму сейчас на него накинется, начнёт раздевать, срывать одежду, целовать своими пиратскими губами…
- Мы друг друга ненавидим, и это взаимно, – услышал Лорени. – То, что случилось в общежитии в Шоршель, никогда не повторится. Я возвращаюсь домой, и больше не буду даже и пытаться прогнуться под тот мир, в котором ты живёшь. Я осознал одну очень простую истину: мы те, кто мы есть, и если что-то менять в своей жизни, то только плохое. Ты мой «неуд», поэтому я хочу вычеркнуть тебя из своей жизни, как можно быстрее. А то, что было до тебя и Академии, это лучшее, что есть, было и будет на моём пути.
Цурбус неожиданно оказался так близко, что его губы коснулись раковины уха Лорени. Он заговорил и этот шёпот обжог Иренди до клеток мозга.
- Для тебя, милый Ло, там места нет. Поэтому не стоит меня бояться так сильно, не стоит визжать, как недорезанной свинье, ты меня всё равно без той смазки не возбуждаешь.
Потом резко оттолкнулся от Лорени, схватил его за плечи и вытолкал из душевой, прикрыв дверку и оставив лишь узкую щёлку для цепочки. Потом стянул сапоги, снял штаны, трусы и, включив лейку, нырнул под спасительные струи воды. Жизнь удалась.
