Данки ушёл на камбуз, а через два часа пришло сообщение о том, что корабли благополучно миновали опасную зону, оставив братьев за спиной. Можно было выйти на палубу, и все дружненько повалили наверх, заниматься дальнейшими работами. Много чего нужно было сделать. И команда занялась делом, но уже через полчаса их остановили на границе дозорные. На огромном корабле, что являл собой форпост, развивался на ветру флаг пиратов.
- И, что, у вас при входе на нашу территорию никто не проверял документы? – донеслось до драящих последний кусочек палубы Лорени и Цурбуса. Пепел ещё падал с неба, но уже был не таким густым. Пар был не таким сильным. Да и закатное солнце проглядывало веселее, возвещая о том, что пора бы уже и закругляться с работой.
Пираты досконально осмотрели корабли, поприветствовали адмирала, Лорени взволнованно следил за тем, что происходило на «Сирене Моря».
- Успокойся, – сказал тихо Бахму, выжимая тряпку в ведро. – Это законопослушные пираты, твоему отцу они ничего плохого не сделают.
- Так я тебе и поверил, – вдруг огрызнулся Лорени, и Цурбус почувствовал странную радость от этого. Вот и славно, Иренди его всё так же сильно ненавидит, как и прежде, а значит, на взаимность можно забить. – Все пираты убийцы и грязные ублюдки. Все они должны быть казнены!
- Ностальгия, – буркнул Цурбус, кидая тряпку на палубу и начиная оттирать маленький квадратик от недавно им же и нанесённого защитного вещества. Это всё, что осталось.
Лорени услышал высказывание Цурбуса и сразу же почувствовал стыд. Бросив взгляд через поручни на «Сирену Моря», он нагнулся вперёд, полоща свою тряпку в ведре. Больше Иренди не проронил ни слова.
Только через час пираты отпустили «Фортуну» и «Сирену Моря», забрав у Сальмит драгоценное время. Ну, в конце концов, час это не сутки, в пути нагонят его. Цурбус, стоя у поручней, провожал ленивым, казалось бы, ничего не значащим взглядом форпост, в груди ощущая щемящую тоску по дому. Скоро, он это чувствовал, совсем скоро, он окажется дома и вдохнёт родного воздуха. Пройдётся по дорогим улочкам, заглянет в любимые магазины, встретится со знакомыми и соседями, ступит на порог своего домика, взлетит по лестнице… Выдохнув печаль, Цурбус стянул с лица платок и посмотрел на заходящее солнце. Красное, словно варёный рак.
Путь до Жемчужного моря составил ровно двое суток, как и рассчитывала Сальмит. Более того, она сумела урвать у этого пути лишние двадцать минут, чему несказанно была рада. Женщина действительно излучала флюиды радости, а вот Цурбус, Лорени и Данки смотрели на неё с жуткой ненавистью.
- Я понимаю ваше желание, капитан, отправить за жемчугом их, – Данки недовольно указал большим пальцем себе за спину. – Но я не понимаю, зачем мне туда плыть?
- Муар, – попыталась быть недовольной Сальмит, но у неё это плохо получалось. – Они не смогут грести.
Этот ответ, конечно же, не убедил Данки, как и не убедил его целый мешок коробочек, куда нужно было сложить жемчуг. Их было тридцать штук. Вы смеётесь? Наполнить тридцать штук коробочек! Данки почувствовал очень сильное раздражение. Спасло то, что капитан отправила вместе с их шлюпкой ещё одну. Правда, у Данки было такое предчувствие, что она сделала это только для отвода глаз.
- Мы будем ждать вас в порту, – махнула она рукой напоследок, потом «Фортуна» наполнила ветром паруса и была такова. Следом шла «Сирена Моря», оставив лишь одну шлюпку, в которой было трое моряков и сам адмирал. Это сильнее разозлило Данки, и он тут же налёг на вёсла…
«Фортуна» легла в дрейф на закате, у самой кромки Жемчужного моря. В нескольких ярдах начинали виднеться большие, раскрывшие своё нутро небу и людям ракушки. Они были пока то тут, то там, покачиваясь на поверхности моря, как балласт, не двигаясь и никуда не спеша. Конечно, на приграничных ракушках уже давно собрали жемчуг, это напомнило Цурбусу его поход за янтарными улитками, поэтому им пришлось двигаться в саму глубь моря. Сколько они проплывут, одним морским богам было известно, но Данки в этом путешествии досталась не очень комфортная роль.
- Дай, попробуем, – сказал Бахму, протягивая руку к веслу. Муар кинул на него полный раздражения взгляд, правда, злился он не на Цурбуса, а на капитана. Бахму это понял, но всё равно почувствовал лёгкое разочарование и обиду.
Данки совсем похудел. За эти несколько дней, после того, как они отбили его из рук работорговцев, он совсем истощился. Лёгкие синяки под глазами, бледность лица, синева губ, тонкие запястья, и одежда на нём висела. У Данки был нездоровый вид, и Нокта за него волновалась. Никто не мог понять, что случилось с Муар. Цурбус знал, как знал и Лорени, хотя выстроить цепочку событий, что произошло с Данки, не зная правды, было сложно.
Когда они переплыли границу моря, их нагнала шлюпка с «Сирены Моря». Два моряка налегали на вёсла так рьяно, что казалось, они хотели пересечь Великие Воды. Муар почувствовал ещё большее раздражение, когда увидел в опасной близости Хэнги, и начал поворачивать свою шлюпку в сторону, огибая небольшой ряд ракушек.
