Хэнги сам не понимал, как так получилось, что он упустил шлюпку с Данки и Лорени. Ему было стыдно за себя, и вот уже целую ночь он злился, сгорая в каком-то неоправданном гневе. На ночь пришлось кинуть якорь, потому что искать пропавших людей было глупостью. Пущенные ракеты тоже никакого результата не дали, особенно в такой густой туман. Но, как только начало светать, адмирал приказал поднять якорь. Выпустив ещё пару ракет, Иренди махнул рукой идти вдоль ряда ракушек, выглядывая шлюпки, лодки и вообще людей. Правда, высмотреть на море контрабандистов можно было быстрее, чем тех, кого он ищет, но преступники Хэнги не пугали. Хотя, пугало его другое, если вдруг Лорени и Данки встретят этих злодеев…
Утро было туманным, но с каждой минутой густота тумана редела, и можно было теперь видеть не просто тени и силуэты ракушек, но и сами раковины. Поездка адмирала тоже оказалась прибыльной. Моряки собрали жемчуга примерно на коробочек пятнадцать, бережно его завернув в рубаху. И хоть разрешения на сбор у них не было, Иренди всё же закрыл глаза на это маленькое преступление. Они вышли из Шоршель на несколько суток, а уже месяц прошёл. Морякам за переработку не платили, хотя по возвращению в порт им выплатят премию, но её хватит лишь на покупку пары штанов, пары ремней и пары носков. А собранного ими жемчуга хватит на всю команду матросов, чтобы ещё жить месяц, не заботясь о состоянии своего кошелька. Конечно, в таком случае они ничем не отличаются от контрабандистов, но на жемчуг был тоже закон. Двадцать жемчужин на одного, это по закону.
И всё-таки они встретили патруль. Небольшой баркас медленно выполз из-за ракушек, и моряки вздрогнули. Хэнги остался сидеть недвижим, разглядывая местность через подзорную трубу. Рубаха с жемчугом лежала под накидками и глазу видна не была, но если патрульные начнут шарить по шлюпке, то всё может вскрыться.
- Доброе утро, адмирал, – отдал честь капитан баркаса, приветственно козырнув Иренди. – Что вас привело в наши места?
- Мы разминулись вчера вечером с шлюпкой «Фортуны», – ответил спокойно Хэнги, складывая трубу. Он встал и теперь смотрел наверх. – Вам случайно не встречалась она?
- Да, мы видели их, – кивнул капитан. Матросы слегка расслабились, кажется, их шлюпку никто осматривать не собирался. – Они направлялись из моря к порту.
- Где? – тут же ожил адмирал, даже не уточнив кто был в шлюпке. Ведь от «Фортуны» отделилось два судёнышка.
- На юго-западе, – махнул рукой капитан баркаса себе за спину. – Мы буквально двадцать минут назад проверяли их документы.
- Благодарю, – кивнул радостно адмирал и махнул рукой морякам.
- Позвольте спросить, адмирал? – вдруг спохватился капитан, слегка прищурившись. Моряки дружно сглотнули, напряглись, но Иренди оставался невозмутимым. Вообще он как-то сразу же забыл про собранный моряками жемчуг. – Что ваш корабль делает в одном строю с «Фортуной»?
На корме шлюпки болтался флаг Академии Королевы Вуулла, на борту мелкими, но посеребрёнными буквами выгравировано было наименование галеона, на котором они отбыли из Шоршель.
- О, это долгая история, капитан. Прошу меня простить, но у меня действительно нет времени, чтобы вам её поведать.
- Просто, – отозвался капитан, кивая головой и провожая шлюпку адмирала. – Может, капитан Сальмит чего начудила?
- Нет. На этот раз не она. Моё почтение, капитан.
Баркас пошёл своей дорогой, шлюпка своей. Моряки с облегчением сглотнули, веруя в то, что капитан патруля не опомнится и не вернется за ними. Капитану было всё равно. Он знал, что каждый, кто бывает на этом море, берёт излишки жемчуга. Законом это не запрещено, хотя есть ограничения. Просто из сотни этого жемчуга, всегда половина всего лишь стекляшки, и это греет душу. Вступать из-за стекляшек в бой не хотелось. Лучше потратить силы и мощь на настоящих контрабандистов.
Хэнги приказал следовать на юго-запад и на выход из моря, через несколько минут осознав свою глупость. Слишком много думая о Лорени и Данки и очень сильно за них переживая, он не уточнил у капитана, кого именно тот видел? Чертыхнувшись, Хэнги на мгновение задумался, а потом услышал далёкий гул канонады.
Дирижабль с трудом стартовал с поверхности воды и, раскачиваясь из стороны в сторону, начал набирать высоту. Лорени держал штурвал и поражался тому насколько он был тяжёлым. Аппарат постоянно кренило в сторону. Он оттягивал штурвал вправо, и дирижабль резко кренился направо. Тянул влево, и аппарат резко наклонялся влево. Выровнять эту конструкцию было невозможно, хотя в детстве у него получалось! Рыча, скрипя зубами, что-то мучительно выплёвывая в виде ругательств, Лорени мечтал лишь об одном: долететь до выхода из моря и более или менее благополучно приземлиться. Хотя, о последнем мечтать не приходилось, никакого благополучия в таком положении быть не могло.
