- Ребенок, рождённый от преступника автоматически становится преступником, – выплюнул Лорени глупую фразу, следя взглядом за действиями Бахму.
- Какая невероятная логика, – буркнул Цурбус, открывая верхний ящик прикроватного столика и роясь в нём. – А ты значит, автоматически становишься у нас героем и адмиралом? А ещё фаворитом всех титулованных особ?
- Заткнись! – кажется, Иренди было нечего ответить на этот вопрос, а может он, слегка потерял мысль, потому что в тот самый момент, когда Бахму закончил высказывать свою фразу, выудил из ящика какой-то тюбик. – Ты что собираешься делать? – это был самый глупый вопрос, который мог в этот момент задать Лорени. Но его интересовало больше, что за тюбик в руке пиратского ублюдка?..
- Заниматься с тобой… сексом, – сделал многозначительную паузу перед «сексом» Цурбус и так улыбнулся, что Лорени снова разозлился. Какой красавчик! Надо бы эту рожицу попортить сабелькой!
- Да, я прав. Я не убийца и уж точно не буду насильником. Но как же избежать этих два факта, и при этом сделать тебя одним из нас – пидором? Только одно, заняться нормальным сексом. Но встаёт ещё один вопрос, – Цурбус пока говорил, расстёгивал ремень, штаны, оттягивал резинку трусов, запуская руку в них и выуживая оттуда не такой уж и маленький член. Это в вяленьком-то виде!? Глазёнки Ло слегка расширились. – Он-то на тебя, Ло, не встает. Помнится, ты и твои друзья, мне тут смазочку одну подогнали с афродизиаком, так вот, я решил ею воспользоваться. Вдруг поможет.
И Цурбус открыл одним движением крышечку на тюбике, обильно выдавил густой смазки на ладонь. А потом стал наносить его на свой немаленький член. Лорени широко открытыми глазами следил за действием Бахму и судорожно искал в голове выход из сложившейся ситуации. Его сейчас будут трахать, и Иренди понимал, что не пальцем, а настоящим членом. И если Бахму задвинет свой «болт» ему в задницу, он порвёт дырку Ло до самых гланд! Но хуже всего будет тогда, когда этот процесс закончится, Лорени окажется опущенным. Он точно будет после этого пидором! И хрен кому расскажешь такую гадкую про себя правду. Друзья итак от него в последнее время отворачиваются, а сейчас отвернутся и подавно… В голове Лорени ещё много мыслишек было, хаоса и паники, но даже дёрнув ногами и руками, Иренди в который раз осознал, что он привязан насмерть. Звать на помощь, боже упаси! Если кто увидит такую картину, Иренди тут же сгорит со стыда. Оставалось только… Терпеть!?
- Я тебе так это с рук не спущу, – захрипел в бессильной злости и панике Лорени.
- Да, знаю, – кивнул Бахму, вытирая руку испачканную в смазке о простынь. – Ты уже итак испортил мне всё, что можно было испортить. Оценок порядочных у меня нет, друзей, хотя они мне и не нужны, вполне хватает Данки, но всё же – нет. Тёплых отношений и товарищеской взаимовыручки тоже нет. Ты сломал моё будущее, перечеркнув его своей рукой. В тот момент, когда ты беззаботно под предводительством своего папочки рассекал воды Светлого пути и легко зарабатывал себе оценочку, я сталкивался с такими неприятностями, в которых проявил свою сущность капитана со всех сторон. Но одна встреча с тобой, перечеркнула все те старания, что я прилагал. Ты, Лорени, разрушитель. В тебе нет ничего сущего и чистого, всё к чему ты прикасаешься, покрывается тленом.
Цурбус нагнулся вперёд, снова приблизив своё лицо к лицу Лорени. Иренди, слушая Бахму, впервые осознал что-то важное в своей жизни, но злость не давала найти ниточку этой сути.
- Глубина твоей души уродлива, ей никогда уже не стать прекрасной, Лорени, – и пока слова, сказанные Бахму, доходили до сознания Иренди, Цурбус взял подушку и накрыл ею лицо Ло. – Это для того, чтобы не видеть твоего уродливого лица. А то боюсь, что и с афродизиаком, если только посмотрю на тебя, он упадёт. А как мне с тобой сексом заниматься тогда в таком случае?
- Развяжи меня, – рыкнул вдруг Лорени и мотнул головой, но подушка лишь немножко сдвинулась в сторону.
- Обязательно, когда закончу столь занимательный процесс. А сейчас помолчи.
- Ублюдок, ненавижу, – шипел Лорени приглушённо, пытаясь скинуть ненавистную подушку. – Пидор сраный…
Цурбус уже начал расстёгивать рубаху, как-то странно оценивая тот разрез, который он сделал на ней. Но мало того, что он не мог отстраниться от осознания того, что тело принадлежало ненавистному человеку, и сосредоточиться на сексе с ним, так ещё Лорени выкрикивал оскорбления. Последние пуговки он расстёгивать не стал. Выдрал полы из штанов и дёрнул со всего размаху. Пуговки полетели в разные стороны, Иренди на мгновение замер, а потом стал дёргаться, рычать и пытаться скинуть подушку.
