Бахму вздохнул, в один прыжок вскочил с постели и оказался возле шифоньера. Достал оттуда ещё один галстук-бант, потом подтяжки. Вернулся к кровати, стянул подушку, завязал рот Иренди, потом перетянул его грудь подтяжкой и привязал её за края сетки кровати. Вернул на место подушку, потому, как лицо Лорени его очень сильно раздражало. Он вдохнул и выдохнул несколько раз и почувствовал, как волна наслаждения поднимается от паха к груди. Смазка начала действовать.
Цурбус встал коленями на кровать, снова выдохнул, сглотнул. Ему прикасаться к Лорени было противно, но отступить он уже не мог. Вернее мог бы, конечно, развязать его, сесть на следующий корабль и уплыть обратно в Ансэрит. Но хотелось отомстить, отомстить своему главному врагу. И к тому же, этот афродизиак, что был в составе смазки, штучкой являлся тонкой. Он требует проникновения, а не мастурбации.
Цурбус нагнулся ниже и коснулся губами розовой бусинки соска. Легко, осторожно, почти невесомо. Лорени, мычавший, вдруг умолк. Бахму лизнул сосочек, поигрался им кончиком языка, прикусил и потянул чуть вверх. Потом присосался к розовому ореолу и вобрал бусинку в рот. Через несколько секунд посасываний, выпустил его и довольно хмыкнул.
- У тебя соски такие розовые, – провёл ласково по второму сосочку подушечками пальцев и снова прикусил сосочек с правой стороны. Иренди что-то замычал, но Цурбус его уже не слушал.
Бахму не был искусен в сексуальных утехах. Девственности лишился недавно, и познания секса черпал из книг, рисунков эротического и порнографического содержания. Хотя, все они являлись гетеросексуального характера. Ну, а потом отрабатывал это всё на практике, да вот только практики у него было маловато. Но для Лорени он решил постараться и стать сверх совершенным. Почему для ненавистного человека он собирался так сделать? Потому, чтобы Иренди навсегда запомнил не унижения, как Бахму делал из него пидора, а унижение предательства собственного тела, которое бы отозвалось на ласки Цурбуса. Значит, надо было стараться, и Бахму старался.
Оторвавшись от бусинки правого соска, он переместился на левую сторону. Одна его ладонь тут же осторожно стала блуждать по телу, поднимаясь от бедра вверх. Прошлась по талии, потом пробежалась по выступающим рёбрам. Коснулась невзначай уже покусанного правого сосочка и, охватив горло, скользнула вверх по шее, за ушко. Принялась массировать мочку, раковину, за ухом, вырывая у Лорени мучительные мычания. Он пытался вертеть головой, чтобы скинуть руку, но у него ничего не получалось.
Вторая рука скользнула вниз. Прошлась по плоскому, но рельефному животу. Пальцы тут же закрутились вокруг впадинки пупка. Через десять секунд ладонь скользнула ниже, протиснулась через ремень и пояс штанов, через резинку трусов и оказалась на паху. Лорени замычал ещё сильнее, попытался скинуть и эту наглую руку, но добился лишь того, что Цурбус прикусил сильно левый сосочек. Иренди замычал громче, протяжнее. Цурбус сжалился над ним, отпустил сосок и вытянул из штанов руку, но лишь для того, что бы начать расстёгивать ремень и ширинку. Губы же снова обхватили ореол соска.
Как только ремень был расстегнут, вжикнула ширинка и щёлкнула кнопка на штанах, Цурбус скользнул ладонью по бёдрам, намеренно обходя пах Лорени. Оторвавшись от сосков, он принялся покрывать тело Иренди лёгкими, ласковыми поцелуями, опускаясь всё ниже и ниже. При этом ладони его блуждали по телу, обжигая и утопая его в нежности и огне страсти.
Опустившись к паху, Цурбус оставил поцелуй у пояса штанов, потом облизал губы и спустил штаны вниз. Лорени замычал, грудь его стала вздыматься всё чаще и сильнее. Цурбус подумал, было, что это из-за злости, но когда посмотрел на трусы, то чётко увидел небольшой бугорок. Моргнул в лёгком недоумении, хмыкнул удивлённо и опустился ниже, захватывая губами и зубами набухающий орган. Лорени замычал сильнее и громче, дёрнул привязанной ногой, но, конечно же, это не дало никакого результата.
- О, Ло, смотри, он уже встал. Ещё немножко и твой маленький дружочек заплачет спермовыми слёзками, – пробормотал язвительно Цурбус. – Ха-а, неужели ласки пидора смогли тебя завести, да ещё с полоборота? Ай-ай-ай, Ло, может ты реально у нас тайный пидорок, и сох все эти четыре годика по мне?
Лорени на высказывание Цурбуса замычал ещё громче, но Бахму опустился снова к паху, опять прикусил возбуждённую плоть Иренди, а потом скользнул выше. Оставил несколько поцелуев на плоском животе, скользнул кончиком языка во впадинку пупка, прикусил его края и снова устремился вверх. Лаская горячими ладонями тело, покрывая его поцелуями и оставляя влажные дорожки языком, он оказался перед лицом накрытым подушкой. Одним движением руки отбросил её в сторону и посмотрел на покрытое испариной, возбуждённое личико Иренди.
- А что у нас здесь? – прошептал страстно Бахму. Его член уже стоял колом, но Цурбус не торопился. День клонился к вечеру, а за вечером всегда идёт ночь.
