Громкий хохот – не только вояки, но и Лейка! – продемонстрировал мне, насколько я вчера погорячился.
– Поздно! – веселился винари. – Клятвы это уже не отменит! Это тебе не заклинание, это слово воина! Магией не снимешь, обратно забрать не заставишь. Честь солдата, Каэн! Слыхал про такое?!
Я был наслышан. Посему тяжко вздохнул и огляделся вокруг в тайной надежде обнаружить средство отвлечь свою непрошеную охрану от болезненной темы. И – Святой Кристоф! – кажется, отыскал! Вернее, оно нашло меня само.
На заборе сидело изящное создание, очень напоминающее долгоклюва, но только внешне. Магического вестника никогда не перепутаешь с птицей, у него, в отличие от живого существа, нет ауры. Люди, правда, умудряются ошибаться. Протянув руку, я поманил посланника к себе. Это была весточка от Иваса. Наш с Лейком без пяти минут друг и неизменный поставщик заказов просил о встрече – в любое удобное для меня время. Поскольку сам Ивас ни при каких обстоятельствах не покидал своего заведения, лишь от меня зависело, когда мы с ним увидимся.
– Ну, что, охраннички? – подмигнул я. – Я иду в город. Сами решайте, кто из вас станет моей тенью.
– Ты куда? – поинтересовался Лейк.
– К Ивасу.
Винари скривил губы:
– Трёх дней не прошло, он уже нашёл нам новую головную боль… Каэн, пошли его в Бездну!
– Обязательно. Но сначала схожу. Мне тоже нужно с ним кое-что обсудить. Да и интересно, что он хочет сказать. Возможно, речь не о работе. За этим он обычно зовёт тебя.
– Потому, что ты слишком разборчивый. За это не возьмусь – больно грязно, от того откажусь – заказчик не нравится… – Лей фыркнул. – Ладно, идите с Бертом. До «Трёх гворлов» отсюда рукой подать, хотя я бы на твоём месте не рисковал, сразу перенёсся.
– Окажись ты на моём месте, ножками ходить разучишься, – ухмыльнулся я. – Погоди, через пару веков ты станешь первым винари, обросшим жирком, с отвисшим пузом и вторым подбородком.
Перворождённый в ужасе оглядел свой идеальный торс и подтянутый пресс и предпочёл сбежать. Лишнюю складочку там обнаружил, что ли? Или на точёный профиль решил полюбоваться, убедиться, что с шеей всё в порядке?
– А ведь он прав, – заметил Берт, – магией надёжнее. За домом следят.
Мало мне было одного Лейка! И ведь с воякой насмешки не подействуют, вон как сурово нахмурился, защитничек! Я плюнул и разорвал пространство.
Ивас ждал меня в отдельном кабинете. Он неплохой маг, огневик, а если бы не был человеком – освоил бы и воздух: парные стихии хорошо сочетаются. К сожалению, я открыл ему знание о спящих возможностях, когда владельцу самого успешного в Айгере ресторана шёл восьмой десяток. Вряд ли он успеет овладеть капризной ветреной стихией в полной мере. Маги, конечно, как и высокородные, живут подольше обычных людей, но с возрастом способности осваивать новое снижаются. Хотя, глядя на моложавого, стройного мужчину без единой морщинки на лице, его почти девяносто лет ему ни за что не дашь.
Поскольку я всегда прихожу на встречу в новом облике, у нас давно отработана система опознавания. Появляясь в «Трёх гворлах» я на секунду приоткрываю ауру. Специальное заклинание реагирует и даёт знать хозяину, что я прибыл. Такая же процедура происходит и с Лейком, только ауру он не прячет. Поэтому я сразу поднимаюсь из общего зала наверх, заранее зная, что меня встретят. Берта я попросил подождать меня внизу, перекусить и выпить, но он упрямо помотал головой и заявил, что будет стоять за дверьми. Мол, за день насиделся, с Зентиной стряпнёй ничто не сравнится, а пить охранникам положено только вне работы.
С владельцем лучшего в Айгере ресторана мы сблизились очень неожиданным образом. Так получилось, что, выполняя очередной заказ, я случайно узнал о том, что Иваса собираются бесцеремонно отправить в Бездну. Магам ведь не светит ни рай, ни ад, по уверениям жрецов. Недаром их Неназываемый и сам талантами не блещет, и в других не приветствует. Я не Святая Алтея и не бросаюсь помогать всем без разбора, однако очень уж вопиющим мне показался случай. Чтобы юная жена, совсем девочка, вытащенная из беспросветной бедности, почти нищеты, для всех милая и кроткая, травила с изощрённой жестокостью, добавляя яд такими крохотными порциями, что ни один целитель не заподозрил подвоха! И ради чего! Чтобы объединится с собственным пасынком и промотать мужнино и отцовское наследие! Я не сдержался, пришёл и выложил всё намеченной жертве. Нежный супруг и любящий отец не поверил, пришлось принимать его облик и вскоре «умирать» от последней дозы. Стоя под мороком у собственного хладного тела, Ивас наслушался и насмотрелся такого, что предприимчивую парочку вскоре ждала тюрьма. Насколько мне известно, сына Ивас изредка навещает, приплачивает тюремщикам за то, чтобы жизнь заключённого была сносной. Предавшую жену – нет.
