– Ребёнка тоже Гион убить пыталась?! – Дэйри с трудом сдерживал себя.
– Ребёнка? – на сей раз искренне удивилась Кайха. – Ты о ком?
Незримый Таир зажал рот, чтоб не рассмеяться. Я же обиделся. Назвать при смеске грозную древнюю морфу ребёнком!
– Кайха, – Дэйри овладел собой и говорил спокойно. – Я расторгаю наше соглашение. Никакой общей империи, о которой ты неосмотрительно заявила в Шерхе послам, не будет. Королём Лирии вместо Тэйри приходится стать мне. Агнию ты не тронешь. Единственное, что я могу тебе предложить, – оставайся Виленой. Ищи магов, скупай артефакты…
– Какая неслыханная доброта! – скривилась королева. – Ты забыла кое-что, морфа. Мы не в Лирии. За тобой не стоит Олаф и его армия. Сейчас я хлопну в ладоши, сюда прибежит толпа магов – и от тебя не останется даже пепла. А затем алерийская армия пройдёт по вашей земле дружным строем – и Майерк не поднимется из могилы, чтобы вас защитить.
– Ты всегда была слишком самонадеянна, – хмыкнул Дэйри.
Стихийником он был слабым – воздух, как и у Таира, и тоже не развит. Морфы пренебрегают стихиями… Их собственная магия служит им не в пример надёжнее. Дэйри попросил мебель. Вернее, дерево, из которого она была создана. Растения, из которых соткали ткань обивки, золото, ставшее нитями… Кресло вмиг сдавило полукровку, и её сил не хватало, чтобы освободиться. Она была способна лишь сжечь кресло, но при этом сгорела бы сама.
– Я могу убить тебя в любой момент, Кайха, – Дэйри смотрел на королеву, а кресло всё усиливало нажим, – и ты не хлопнешь в ладоши, потому что не в состоянии шевельнуть даже пальцем. Скажу больше – я
– Вы… не способны… убивать, – прохрипела смесок.
– А ты проверь, – усмехнулся Дэйри. – За сотни лет мы могли и научиться. Тем более с такими учителями. Представляешь, что будет, Кайха?
Кресло сдавило её до посинения. Она была немолода и должна была чувствовать страшную боль.
– От… пус… ти… – просвистела королева. – Я… сда… юсь…
Дэйри ослабил нажим:
– Итак?
– Я остаюсь Виленой… – Смесок с трудом дышала. – Империи не будет.
Морфа кивнул. Мне же такая сговорчивость полукровки показалась странной. Кайха была умна и упорна. Дэйри не в состоянии контролировать её из Лирии. На её месте я бы усыпил бдительность морфы и быстро перетёк в Агнию. Вилену какое-то время мог бы изображать любой маг… можно же заболеть, к примеру, отправиться в храм замаливать грехи, посетить с визитом далёкий город… Много чего!
А потом? Подосланные убийцы? Отрава? Яд морф не берёт, скорее – первое. Дэйри недооценивает людей. Кинжал в сердце для того, кто не защищён стихийной магией, – верная, хоть и временная смерть – и костёр.
– Мне дозволено будет посетить храм? – смиренно склонилась Кайха.
Я вздрогнул. Наши со смеском мысли совпадали.
– Разумеется, – великодушно разрешил Дэйри.
Мне пришлось кашлянуть. Затем я поставил непроницаемую стену, отгородившую нас от остального мира. Морфа ахнула:
– Что это за магия, Каэн?!
– Винари. Я упоминал, у меня был хороший учитель… Дэйри, она лжёт! Она убьёт Агнию и займёт её место. Кто-то под личиной Вилены станет молиться в храме, а смесок подошлёт тебе убийц!
– Малыш…
– Послушай меня. Я жил среди людей – не за стенами дворца, не под защитой… Люди не сдаются так просто! Дэйри, мне сейчас очень надо домой. Я переживаю за друзей, они, не сомневаюсь, за меня. Побудь пока во дворце и последи за Кайхой. Потом мы вернёмся и вместе что-нибудь придумаем. Хорошо?
Он кивнул:
– Даже если ты и ошибаешься, я сделаю, как ты говоришь. Послежу. Можешь не торопиться.
– Не могу, – тихо ответил я. – Пока у меня чувство, что я везде безбожно опаздываю.
Мы с Таиром вышли из разрыва прямо перед воротами. Небо стремительно светлело, фонари на улице погасли. Дом в глубине сада заставил моё сердце тревожно сжаться. Как они там?! Не сошёл ли Лейк с ума от беспокойства?! Как заклинание, я повторял про себя, что отсутствовал одну ночь. Ночью нормальные люди спят, и винари обычно тоже отдыхают… Смущало слово «нормальные». Мой друг может считаться таковым? А Берт с его понятиями о чести и долге? Зента с её сердцем?
– Ми-и! – пискнуло у меня над головой.
Мы с Таиром задрали головы. На перекладине ворот распластался пушистый комок.
– Это мер?! – серебряные глаза любимого зажглись восторгом. – Породистый, дорхский!
– Наглый и жирный, – буркнул я, снимая зверя и сунув его Таиру в руки. – Держи паршивца. Что он только здесь делает…
– Тебя ждёт! – Таир прижал меховой комок к себе. – Тяжёлый!
Створки ворот послушно скрипнули, пропуская нас внутрь. Охранные заклинания были на месте. Первым делом я кинул взгляд на стойла, опасаясь увидеть что угодно, вплоть до обугленного остова и двух чёрных обгоревших холмиков. Строение стояло на положенном месте, и это уже радовало. Я позвал. Откуда-то сверху раздалось шипение, и сначала один, а затем и другой строги спланировали передо мной, обвили нас хвостами, обняли крыльями. Честно – я был счастлив видеть их не меньше.
