И верно. Жизнь показала: сыромятной середины не бывает. Либо ты начальник, либо ты свой в доску. Второе, никак не идёт, в ногу с первым. Неделя с небольшим минула, у Климова прошёл период ломок. Разнарядки и распоряжения по цеху стали в его устах увереннее и зычнее, а требовательность и деловитость отточенней. Болезненное «вы» со слов бывших друзей, перестала коробить слух. Простецкий Ванька исчез на работе. Его заменил исполняющий обязанности, Иван Петрович Климов. Шелех удовлетворительно кивал и нагружал ставленника больше. Через полтора года Климов заматерел. Помимо руководящей закалки, Иван приобрёл полезные связи, научился не без помощи Шелеха, извлекать из этого необходимую для дела пользу. И главное, чему радовался Шелех, Климов научился планированию, умению грамотно оперировать финансовыми потоками. Это было для бизнеса первично и значимо. Теперь Роберт Соломонович был спокоен. Он подстраховался. Избранного им ставленника опекали опытные экономисты из подучётного отдела, но главное, он находился под защитой МВД, которое Роберт Соломонович изрядно и долго подкармливал. Шелех позволял себе отлучаться поначалу на недели, а потом его отсутствие стало исчисляться месяцами, благо сотовую связь он оплачивал, не скупясь, звоня бухгалтерам и самому Климову прямо из Цюриха. Ваня вошёл в колею, однозначно, молодцом. Бизнес в его руках не шатался. Изо дня в день чувствовалось школа прагматичного еврея, впрочем, и старание самого ученика. Иван с подчинёнными вёл себя ровно, подчёркнуто вежливо, просто, без высокомерия. Шутить он любил, и надо сказать, шутил всегда, однако, когда дело казалось серьёзных вопросов, «рубил головы» не жалеючи. Серьёзными проступками, как и при Шелехе, считалось опоздание без уважительной причины, небрежность, грязь и брак в работе. Эти косяки не прощались, и Ваня сам, как бывший аккуратист в работе, только усилил меры наказания. В то же время, курируя работу подопечных, он отмечал старательных. И если бил по карману ленивых пофигистов, то никогда не забывал премировать рублём отличников автосервиса. Его ненавидели первые и боготворили вторые. К тому же, в отличие от старого хозяина, Климов был ближе к народу, и с ним всегда можно было договориться. Это, безусловно, шло ему в зачёт. Сам же Ваня старался оставаться тем, чем был, хотя памятуя слова мудрого Шелеха, соблюдал дистанции и мягко отклонял приглашения сменщиков на загородные пикники. Он не кичился своим уровнем, но политика эта была мудра ещё тем, что совместное распитие алкоголя со своими подчинёнными, принесло бы вред его статусу. Уважение кончается там, где начинается панибратство с начальником. Это было ясно как день, и Ваньша придерживался этих нехитрых правил. Хотя, конечно же, молодой человек тянулся к весёлым компаниям, поскольку полный задора и огня Климов не смог себя изменить в консервативную сторону. После непродолжительных скоротечных свиданий с девчонками, Климов закрутил роман с синеглазой шатенкой Наташей Клишковой. Закрутил по обыкновению ненадолго, как думал сам. Но вышло иначе. Наталья была яркой неординарной натурой и притянула Ваню к себе, как магнит. К тому времени, у Климова была своя собственная «однушка», обставленная нехитрой мебелью. Он не претендовал на роскошь. Его устраивали скромный диван, ламповый телевизор, пара кресел и раскладная кушетка, на случай гостей, а ещё лучше гостьи.
Несмотря на непритязательность к жилью, автомобиль Климов купил новый, едва только с завода. Последняя модель АвтоВАЗа — «десятка», сверкала на солнце, привлекая, внимание любопытные взгляды. В деньгах Ваньша не нуждался, не тогда, не сейчас. Тратил их легко на ресторанные вечера с девушками. Теперь же, его объектом стала Натали, и Ваня окружил её светским вниманием, пытаясь вскружить голову капризной красавице обилием дорогих подарков. Это ему удавалось. Натали таяла, но Ваньку держала на расстоянии, что только усиливало его увлечение.
