Затем вытащив сзади заколку, тряхнула прядями рассыпавшихся волос, посмотрела вокруг себя.
— Здесь так красиво!
Порхающие бабочки липли друг к другу, в полёте совершая свои брачные игры. Невысокая, но плотная трава была густо населена кузнечиками, перезвучьем которых был полон лес. Редкие ромашки обрамляли и создавали уют полянке.
— Красота!
— А ведь здесь не только красиво. — Заметил Вадим, вставая и оправляя ружьё на плече. Здесь, коли память мне не врёт… Здесь полно черники.
Он прошёл немного влево, согнулся, шаря рукой в низкорослых кустиках. Что-то потянул, оторвал.
— Черника полезна для глаз. А ещё лечит диарею, регулирует желудочную секрецию.
Он вернулся с полной пригоршней тёмных ягод.
— Держи! — Вадим ссыпал половину Люсе, остальное Наталье. — Угощайтесь!
Кисло-сладкий вкус перезрелых ягод обволок язык.
— М-м-м… — Сощурилась Наташа. — Какая прелесть!
— Угу-хм-м… — Поддакнула, также щурясь, Люся.
— А мне? — Обратился к своей томной подруге Ваня.
— По губе… Открой рот. — Она вложила ему несколько ягодин. — Ну как?
— Потрясно… Респект.
— А то!
— Кому понравилось, вперёд! — Вадим уселся вновь, обтирая ладони. — Это место ягодное, её много тут. Чуть в кусты руку сунул и рви, пожалуйте… Только не ленись…
Упрашивать никого не пришлось. Спустя минуту, молодёжь расползлась по полянке, пригибаясь над кустами и горстями, обрывая брызгающие плоды. Черничные шарики лопались от прикосновений. Ягода давно вызрела, но вкусовая терпкость была изумительна и желанна. Рот едва успевал принимать новые порции, а руки уже тянулись к следующим побегам.
Вадим смотрел на спины ребят и глазами улыбался. Он вспоминал, как сам впервые жадно объедался черникой, а дед, посмеиваясь, кричал:
— Лопнешь, Вадька! Ой, гляди из кустов, потом не вылезешь…
И верно. Желудок начинал натужно шуметь, реагируя на переизбыток выделенного сока, а уже через двадцать минут, Вадька, как и положено ему, сидел в кустах, постигая ценный урок. НЕ ПЕРЕЕДАЙ!
— Ребята! — Зорин окрикнул увлёкшихся ягодной жатвой. — Полно… Будет! Хорошего понемногу! Черника, к вашему сведению, хоть и крепит, но чаще всего в сушеном виде. А если объедаться её сырой, то… Скорей всего, будет обратный результат… Сами понимаете…
Первые среагировали на это девушки. Как по команде, бросили ягодную охоту, и, обтирая чёрные от ягод ладошки, вернулись недовольно фыркая.
— Вадим, вы коварный. — В голосе и тоне Натальи неприкрыто сквозил флирт. — Разве так можно? Сначала, кушайте девочки, собирайте… А потом… Скоро вас пронесёт…
Людмила прыснула, разливаясь заразительным смехом.
— Вот если бы вы не остановились, это бы случилось. — Улыбнулся Вадим. — Любая сочная ягода, съеденная в больших объёмах, даёт слабительный эффект. С черникой, это кому как повезёт. А вообще, должен сказать, порой бывает полезно очистить кишечник и, похоже, Ваня осознанно решился облегчить свой вес.
Внимание переключилось на Климова, который как ни в чём не бывало, щипал ягоду и горстями закидывал себе в рот.
— Эй, ты-ы! Будущий засранец! — Нарочито громко закричала Наталья, вызывая у Люси новые приступы хохота. — Ты как там, вообще? На горшок ещё не тянет?!
Ваня, прежде чем ответить, пошамкал губами, неспешно перемалывая во рту сладкую массу. Левый глаз у него при этом, как у кота сощурился, а правый был затуманен невообразимым счастьем дегустации.
— Сладкоежка! — Продолжала подтрунивать Наташа. — Поза орла тебе в течение часа гарантирована!
Пелена наслаждения исчезла с Ваниного лица, и он не преминул ответить.
— К вашему сведению, Наталья Александровна, у меня крепкий устойчивый желудок. А о том, кто будет сидеть в кустах, орёл или орлица, узнаем чуть попозже.
Сказано было нейтрально и буднично, без обиды в голосе, но обрывать ягоды всё же, перестал. Подошёл, присел на корточки.
— Что дальше по программе?
