Маленькая русалочка следила за принцем, пока он поднимался на борт того самого корабля, в маленькие окошки которого она заглядывала в ту ночь. Его небольшая шхуна находилась на ремонте на верфи. В следе большого корабля было легко плыть по проливу Эресунн к Ютландии, ожидая удобного случая.
Он представился на второй день.
Корабль встал на пристань у острова Кало. На этом острове не было ничего, кроме разрушенного замка. Зачем же рыболовам тут останавливаться?
Потом она поняла причину.
На борт взошла девушка, сопровождаемая компаньонкой и слугами. Те несли множество сундуков. У маленькой русалочки сохранилось много воспоминаний о своей благородной семье и их родственниках. Она поняла: это была дочь знатного человека. Русалка знала, что в сундуках найдется полно нарядов. Одеяния ей пригодятся, когда девушка выйдет на сушу. Русалочка будет слишком слаба после превращения, чтобы самой наколдовать себе одежду.
Сцена встречи элегантной девушки с Икером напоминала сцену его прощания с Эви. Девушка улыбнулась ему и поцеловала. В щеку, но все же. Они знали друг друга. Принц-ловелас подтверждает свою репутацию.
Элегантная девушка стала спускаться в трюм и постоянно оборачивалась – словно ожидала, что Икер последует за ней. Но он не пошел. Русалочка удивилась: неужели у Эви действительно был шанс? Икер тем временем приказал матросам поднять якорь.
Русалочка ждала. Она хотела использовать свои силы, чтобы вызвать еще один шторм. Была надежда, что Икер напьется. Нетвердой походкой пойдет слишком близко к краю палубы. Облегчит ее задачу.
Когда девушка потеряла всякую надежду, в голову пришла идея получше.
Поцелуй Икера с этой девушкой должен был что-то значить. Даже несмотря на то, что юноша не спустился за ней в каюту. Это означает, что живой принц сможет принести Эви больше боли, чем мертвый.
Эви заслуживала боль.
Икер заплатит позже.
Маленькая русалочка украла сундук. Пока что капитан корабля может жить. Она отправилась на поиски отца Эви.
<p>29</p>Я нахожу Аннамэтти стоящей на балконе, подхожу и разворачиваю ее лицом ко мне. Девушка выглядит так, как будто вот-вот бесслезно расплачется. Я сжимаю ее ладони. Мы стоим очень близко. На жемчужинах в наших ожерельях отражается свет одного и того же фонарика. Они светятся, как маяки-близнецы в ночи.
– Прошу, Эви. Уйди. Мне нужно побыть одной.
Я не уйду. Она об этом знает.
Хоть мы и стоим в отдалении от всех и говорим шепотом, это не значит, что нас не могут услышать. Но ничего не поделать. Я говорю тихо, но уверенно:
– Помни, у меня есть план.
Аннамэтти вырывает ладони из моих рук и прижимает к щекам.
– Он бесполезен! Ни у тебя, ни у меня не хватит сил, чтобы предотвратить то, что должно произойти. Просто уходи!
Я говорю практически одними губами.
– У меня достаточно сил. – Громко и четко я добавляю: – Поверь мне.
Она смеется сквозь всхлипы.
– Ты такая упрямая, что это даже нелепо. – Аннамэтти смахивает с глаз невидимые слезы и замолкает. Я воспринимаю ее молчание как призыв к действию.
