Крохотная яхта находилась на палубе огромного рефрижераторного корабля. Она носила на себе следы единоборства с разъяренной океанской стихией. Тут же на палубе «Янтарного» у израненной яхты состоялась первая пресс-конференция. Всех, конечно, волновала загадка гибели Уильяма Уиллиса. Многое, но, конечно, далеко не все, мог сказать тщательный осмотр яхты.
Московский журналист В. Стеценко, основываясь на заключениях опытных морских капитанов, писал:
«Состояние рангоута и такелажа яхты после катастрофы говорит о том, что в период плавания яхта попадала в условия, когда ветер достигал штормовой силы — грот разорван, мачта переломилась, вероятно, в двух местах — в районе брюканца (у выхода из палубы) и выше на расстоянии одного метра. Это предположение основано на том, что передняя шкаторина грота имеет длину на один метр больше длины сохранившейся части мачты. Учитывая, что мачта не могла одновременно переломиться в двух местах, а также обилие обрывков тросов, закрепленных за предметы на верхней палубе яхты, Можно с определенной вероятностью допустить, что Уиллис после первой поломки мачты пытался закрепить мачту с помощью растяжек.
Теперь мы с большим сожалением можем сказать, что рулевое устройство, узлы крепления мачты и такелаж не выдержали испытания при встрече со штормом: петли руля обломились и руль был утерян, вант-путенсы также обломились, петли крышки люка сорвались.
Можно себе представить семидесятипятилетнего смельчака в океане на трехметровой яхте без руля, без парусов, без «крыши над головой», без пищи, лишенного возможности сообщить о своем бедствии миру».
Итак, катастрофа произошла около 20 июля 1968 года, а советские моряки обнаружили яхту Уиллиса два месяца спустя. Любопытно, что за это время лишенная мачты и руля «Малышка» продрейфовала в океане всего двести сорок миль.
Уиллис боролся. Он заткнул обрывками паруса и одеждой горловину люка, чтобы уберечься от волн, ремонтировал изорванные паруса, пытался взамен утерянного руля поставить новый самодельный (об этом свидетельствуют зарубки на корме яхты). Кстати, капитан «Янтарного» Ю. С. Маточкин предполагает, что мореплавателя во время попытки поставить новый руль легко могла смыть волна. Самым подходящим для этой операции инструментом является топор, а его-то и не оказалось среди предметов, найденных на «Малышке».
На последних чистых листах судового журнала были обнаружены записи, сделанные торопливой и слабеющей рукой.
Не все удалось разобрать в этом последнем послании:
«"Малышка" имеет пробоину сверху… Выкачиваю насосом тонны… Крен судна… высота… ослаблять… я трепещу при мысли… остров Уайт… когда остров Уайт… Человек… следующее число… истощение может довести до безумия… час завершить… ошибаться… затопить… гавань… предел… и немедленно пойти ко дну… проклятье… я имею… передайте Т… солнышко».
Ясно одно, что эти строки написаны, когда положение было критическим и надежда на спасение становилась все призрачнее. Он просил передать своей жене Тедди слова прощания, а сам все-таки вышел на палубу, чтобы продолжать дрейф к острову Уайт. До этого острова, лежащего севернее Ирландии, оставалось всего чуть больше трехсот миль. Триста миль из трех тысяч!
