…Большую часть детства Жербо провел в деревне около бретонского порта Сен-Мало. Здесь он навсегда полюбил море, волны и шум прибоя. Потом лицей и высшее учебное заведение в Париже. Во время первой мировой войны летчиком. Воздушный океан, так же как и море, опьянял его и, пробиваясь на своем утлом летательном аппарате сквозь облака, он чувствовал, что никогда не сможет заточить себя в каменные джунгли городов с дымными фабриками и заводами. Он чувствовал, что европейская цивилизация ему чужда и враждебна. И юношеская мечта о далеком плавании к мало затронутым этой цивилизацией островам в Тихом океане овладела всем его существом. Жербо поделился своими планами с двумя близкими друзьями — тоже авиаторами. Они восторженно приняли предложение Жербо и дали клятву отправиться после войны на маленьком парусном судне в романтические Южные моря. Но случилось так, что после войны только Жербо остался в живых. Верный своим идеалам и клятве, он решает совершить плавание через океаны в одиночку. К этому времени Жербо получает наследство хотя и небольшое, но достаточное для покупки парусника. Долго и упорно он искал во всех французских портах подходящее суденышко, с которым можно было бы легко управляться в одиночку. И вот весной 1922 года Жербо навещает в Плимуте своего друга — морехода-одиночку Ральфа Стока, на его плавучем доме — яхте «Дрим-Шип». В плимутской гавани Жербо увидел то, что ему нужно — тендер «Файеркрест». Он был построен из крепкого дуба и тика, имел длину одиннадцать метров, а ширину — два метра шестьдесят сантиметров. Тендер стал плавучим домом Алена Жербо. На борту «Файер-креста» Жербо держал все то, что ему дорого: любимые книги, некоторые вещи из родительского дома, призы, полученные им за победу в теннисных турнирах, и всевозможные коллекции. Больше года Жербо плавал на «Файеркресте» по Средиземному морю, готовил себя и суденышко к дальнему переходу. И наконец 26 апреля 1923 года «Файеркрест» поднял паруса в южном французском порту Канн, взяв курс на Гибралтар, куда и прибыл 15 мая. А 6 июня начался переход через Атлантический океан.
…Между тем забрезжил рассвет. Начался шестьдесят третий день плавания. Наскоро приготовив на керосинке кофе, Жербо принялся за починку парусов. Было бы гораздо легче сделать новые паруса, если бы он захватил побольше парусины, но сейчас запаса парусины хватало лишь на починку. Катастрофически уменьшался запас иголок и ниток.
За работой незаметно пролетело время, и в полдень Жербо, вооружившись секстантом, стал определять координаты. Инструмент у него в руках. Где же горизонт? Горизонт в зеркальце секстанта стремительно поднимается на дыбы. Это огромная волна резко положила на борт «Файеркрест». Потеряв равновесие, Жербо скатился по скользкой палубе и чуть было не оказался за бортом. Только когда тендер кратчайшее мгновение находился на гребне волны, удалось сделать наблюдение. Теперь скорее в каюту, чтобы отметить точное время по хронометру.
«Конечно, если на небольшом судне удается определить положение с точностью до десяти миль, то это уже можно считать отличным приближением», — записывает Жербо в свой дневник.
9 августа «Файеркрест» плыл примерно в пятистах милях от Бермудских островов и на расстоянии тысячи двести миль от Нью-Йорка. Судно входило в полосу бурь.
«Я никогда не жаловался на плохую погоду, я был готов к ней, она дает возможность моряку проявить свою ловкость и выносливость, а судну — свою стойкость, — говорил Жербо. — Меня далеко не подавляло величие разбушевавшегося океана, наоборот, приближение боя вдохновляло меня: у меня был опасный противник, и среди бури я радостно распевал все морские песни, приходившие мне на память».
20 августа во время бури волны снесли наружную часть бушприта. Были и другие повреждения. Самое разумное было бы направиться к Бермудским островам (они находились примерно в трехстах милях) и там привести в порядок тендер. Но Жербо, не колеблясь, отверг эту мысль, решив продолжать рейс без остановок.
Как только буря утихла, он приступил к ремонту. Ему пришлось висеть вниз головой, уцепившись ногами за оставшуюся часть бушприта. И когда нос «Файеркреста» погружался в волны, в воде оказывался и Жербо. Удалось закрепить сломанную часть бушприта, исправить другие повреждения. Плавание в Нью-Йорк продолжалось.
