– Некому нас проклинать! Богов нет! – уверенно заговорил Риз. – Их придумали для подчинения неокрепших умов чужой воле. Религия – моральная форма рабства, не более. Она обещает грешнику богатство души, но богаче от этого союза становится только сама церковь. Причём буквально.
Шейн беспомощно топнул ногой и направился к выходу, задыхаясь в немой ярости.
– Прошу внимания! – заговорил Пауль, вставая с места. – Я бы хотел обсудить с вами возможную автономию Балгура. На территории города образовано братство "Мятежного солнца", обеспечивающее его охрану. Балгур вполне самостоятелен. Наше участие на турнире показывает и материальную состоятельность города. Мы желаем отсоединиться от Стригхельма, чтобы город мог развиваться. Ведь ни для кого не секрет, что большая часть добычи от каналов уходит безвозмездно в столицу.
– Ни за что! – выпалил Даги.
Риз холодно посмотрел на него и криво улыбнулся:
– Это их право. Голосуем. Кто за? – Он поднял руку. Вслед за его рукой потянулись руки Пауля, Карла, Руми, Рориша и Друлля. – Теперь у нас двенадцать участников и шести голосов недостаточно.
Видий съёжился, чувствуя на себе множество глаз:
– Ну если вы серьёзно собрались отказаться от золота в пользу Балгура, что на мой взгляд безумие, то так тому и быть, – он поднял руку.
Риз одиноко похлопал:
– Поздравляю Балгур с автономией!
Вены на лбу Даги вздулись и пульсировали. Он с трудом сдерживал накатившую ярость:
"Чёртов Риз. Поддержал этого ублюдка Руми, потому что знал, что он примкнёт к их лиге. Я опять в меньшинстве".
– У советников будут ещё какие-то предложения? – самодовольно продолжал Риз. Его голос резал уши Даги.
Он скривился и встал:
– Будут. Столица страдает от подделки монет. Во избежание умышленного облегчения и подмешивания других металлов к драгоценным, предлагаю ввести по всему материку бумажную валюту. Для обеспечения ценности бумажной валюты золото и серебро мы можем держать в банке.
Друлль резко поднялся из-за стола:
– Это позволит обокрасть народ! Особенно Балгур. Ведь такой кусок выпал из твоего рта, Даги, – блеснул серебряными глазами сыщик. – Бумажные деньги, ценность которых обеспечивается честным словом правителей – обман! Люди не смогут накапливать богатства и станут рабами банков.
– Данный вопрос на обсуждение подниматься не будет, – ответил Риз. – Как противоречащий основному закону Морталии. Все жители Морталии свободные люди. Рабство на материке запрещено и карается законом. То, что ты, Даги, предлагаешь, сделает народ Морталии несвободным. Ещё предложения?
– Предлагаю ограничить доступ горожан к источнику, – вновь заговорил Даги, багровея от ярости. – Особенно в такое смутное время. Силу должны получать лишь достойные и будущие стражи.
– А кто достоин, конечно же, будешь определять ты? – стрельнул жёлтыми глазами Риз. – Кто за? Прошу поднимите руки.
Даги поднял руку. За ним последовали Тони Вайз, Вин Касси, Лари и Майя.
– Пятеро против семи, – хмыкнул Риз. – Доступ к фонтану Стригхельма остаётся открытым. Ещё предложения?
– Нам не хватает рук на рудниках, – начал Даги, теряя терпение. – Можно привлечь к работам заключённых. Пусть отрабатывают свой хлеб.
– Они его и отрабатывают, но не на таких тяжёлых работах, – поморщился Риз.
– Как много пройдёт времени, когда на рудниках окажутся твои должники, Даги? – спросил Друлль.
– Голосуем, – сказал Риз. – Кто за?
Даги вновь поднял руку.
– Что ж, – заговорил Риз. – Снова пятеро. Заключённые не станут привлекаться к работам на рудниках.
Даги старался сохранить самообладание:
– Мы теряем доход из-за запрета борделей на территории Стригхельма. Золото из столицы утекает в карманы вассалов Тарплена. Предлагаю снять запрет.
– Стригхельм не станет скопищем разврата! – зарычал Риз, тряхнув смоляной гривой.
– Ты не можешь не поставить этот вопрос на голосование! – яростно ответил Даги.
– Могу!
– Вообще-то нет... – начал Видий, но поперхнулся после того, как встретился с яростным взглядом Риза. Его жёлтые глаза искрились.
Риз ударил кулаками по столу, половина столешницы затянулась инеем:
– Запрет на бордели не снимается, – грозно сказал он. – Никто не смеет торговать телами женщин. Если женщина сама этого хочет, пожалуйста. В столице достаточно стражи, чтобы обеспечить их безопасность. Но никто другой на их горе зарабатывать не будет! Я ясно изъясняюсь?
– Разумеется, – ответил Видий. – Ты можешь делать со столицей что хочешь. Но в Тарплене бордели останутся.
Даги рухнул обратно на стул, его руки безвольно повисли. Барти услышал глухой довольный смешок под маской Кардоша.
– Кто-то убил женщину, – спокойно заговорил Риз, – в переулке на главной площади Стригхельма. Обглодал ей лицо.
Друлль встал с места и надел замшевые перчатки:
– Я займусь этим.
Глава 21. Стригхельм. Смертельный кулон
