Лес заливался птичьим щебетанием. Где-то в траве громко сопел ёж. Михаэль упал на колени у родника, пробившего себе дорогу в земле. Под журчание воды он начал пить из горсти холодную воду и умываться. Он смыл кровь со своего плеча. Рана полностью затянулась, не оставив рубцов.
«Через три дня после смерти королевы ко мне в таверну забрела молодая девушка», — почему-то вспомнил Друлль слова Бэна.
— До этого озера от Тарплена три дня. И оттуда — пять до столицы. Ну что, готов? Бежать придётся долго, — Лис жалобно заскулил, нюхая воду родника.
Друлль вдохнул полной грудью и, обводя глазами кроны вязов, отвязал плащ. По его руке пошла чёрная чешуя.
Потёртая временем табличка «Три дороги» глухо постукивала о балку козырька над крыльцом. Голые дети с криками прыгали в воду небольшого озера и плескались. Дикие утки временами взлетали над кустами и крякали. Всего лишь несколько ветхих домов ютились на берегу под высокими ивами, остальные утопали в зелени ближе к сосновому лесу.
Друлль перешагнул через толстого хряка, по-хозяйски лежащего на крыльце и вошёл в таверну, кутаясь в плащ.
Таверна была залита дневным светом благодаря огромному окну, выходящему на озеро. Простенькие деревянные столы, стулья и дремавший каменный очаг в центре помещения — это всё, что было в ней. Трактирщик суетился у стойки.
— Бэн, там на пороге твой сторожевой пёс? — вымученно улыбнулся Друлль.
— Скорее твой завтрак… — поднял весёлый взгляд трактирщик. — Малюмское отродье, что с тобой стряслось? — опешил он, смотря на босые и грязные ноги сыщика. — И мы разве знакомы?
— Бэн, ты не узнаёшь меня? — нахмурил брови Друлль.
Трактирщик внимательно всмотрелся в лицо сыщика и ахнул, увидев до боли знакомые бесцветные глаза:
— Барин! Без бороды не узнать! Просто красавчик!
— Так что ты, пожалуйста, не выражайся так при мне, — облокотился на стойку Друлль. — Бэн, я очень голоден. Подай мне, если это возможно, тушёных грибов и овощей. И какой-нибудь ягодный горячий напиток.
Бэн понимающе кивнул:
— Дорогая, две порции лучших тушёных грибов и овощей! И ягодный напиток из всего что есть! И побыстрее! — громко крикнул трактирщик.
— Сделаю! — глухо отозвалась женщина за стеной.
— Бэн, только мне нечем заплатить тебе, — неловко сказал Друлль.
— Бросьте, барин, за счёт заведения! Но где вы оставили обувь?
— Не только обувь, — немного распахнул плащ сыщик, показав обнажённую грудь.
— Так под плащом?..
— Верно, ничего нет, — кивнул Друлль.
— Дорогая, приготовь ванну и чистую мужскую одежду! — крикнул Бэн.
— Матильда, приготовь ванну и чистую мужскую одежду! — раздался всё тот же громкий голос женщины.
— Да, мама! — крикнула девчушка и побежала вверх по лестнице.
Трактирщик поймал на себе вопросительный взгляд сыщика:
— Моя жена и дочь. Но, барин, что с вами произошло? — взволнованно спросил Бэн, доставая из-за стойки кусок вяленого мяса и бросил лису.
— Не нужно… — начал сыщик, но было уже поздно.
Кусок мяса ударился о деревянный пол. Лис наклонил голову и, понюхав его, жалобно заскулил. Он поднял на сыщика грустный взгляд, лёг на пол и положил голову на лапы.
— Что это с ним?
— Он драугр, — с болью в голосе ответил Друлль и опустил глаза.
— Значит это правда! Вы, барин, некромант! — обрадовался трактирщик.
— Не вижу причин для радости, — сыщик говорил тихо.
— Ну как же! Это сила…
— Это проклятье. Посмотри на него. Он не может есть, спать, чувствовать, — голос Друлля дрожал. — Он не может даже дышать. Всё бы ничего, будь он простым драугром, но он вернулся с душой. Такое бывает редко, но бывает.
— Да уж, не знал. Зверюга, а всё равно жалко.
— Можешь передать своему другу, что убийца его жены мёртв — хмурил брови сыщик.
— Что? Не может быть! — радостно воскликнул Бэн. — Но как?
— Это был Казима. Я пас его несколько дней. Ты же был знаком с ним? — поднял заинтересованный взгляд на трактирщика Друлль.
— Постольку поскольку.
— Но он был не один.
— Значит, барин, вы вернётесь в Исаад, чтобы найти остальных?
— Нет, это очень опасно. Буду признателен, если ты поможешь мне добраться до столицы.
— Устроим! Но, барин, почему вы так доверяете мне? Может я один из них?
— Нет, Бэн! — засмеялся сыщик. — Я чувствую, как ты пахнешь.
— Что?
— Не бери в голову.
Из дверного проёма показалась пышная женщина с добрым лицом. Она несла в руке поднос с горячими блюдами. Друлль уже давно почувствовал запах печёных овощей и грибов.
— Приветствую, дорогой гость. Присаживайся, — она поставила тарелки и напиток на один из столиков и ушла.
— Всё готово, папа! — крикнула девочка, сбегая с лестницы.
Друлль сел за столик, прикрывая наготу плащом. Чёрный лис подошёл к нему, виляя хвостом. Сыщик прикоснулся к его мягкой шерсти и погладил. Он знал, что лис не чувствует его прикосновений.
Когда Друлль закончил уплетать еду, трактирщик подсел к нему за столик:
— Барин, я сам отвезу вас.
— Но как же таверна?
— Как обычно останется на жену и детей.
Внезапно лицо Друлля побледнело, и он закашлялся. Вены набухли у почерневших губ и глаз. Сыщик схватил Бэна за шиворот и притянул к своему лицу.
