Мошка в зенице Господней полностью

– А как насчет христианства? – спросил Поттер.

– У нас есть своего рода Спаситель, который завершает конкретный Цикл… В общем, Цикл для нас – основа основ, Гэвин. Вряд ли мы поверим в существование вашего Спасителя.

Внизу тянулся бесконечный город. Поттер откинулся на спинку сиденья и начал тихо посапывать. Уитбрид изумленно уставился на него.

– Вам тоже нужно поспать, – чирикнула мошкита. – Вы чересчур долго бодрствовали.

– Я слишком напуган. Вы устали не меньше меня, и вам нужен сон.

– Это я слишком напугана.

– Брат, вот теперь я точно испугался.

«С чего бы это я назвал его братом? – удивленно подумал Уитбрид. – Точнее, ее. Ну и ладно, и черт с ней».

– А ваши музеи напичканы разными диковинками, – сказал он, чтобы сменить тему.

– Да. У нас выставлены редчайшие экспонаты. Например, «Избиение Докторов». Старое происшествие, сейчас почти легенда. Некий император решил истребить Докторов на планете. – Мошкита потянулась. – Как хорошо говорить с вами, когда не нужно лгать! Мы не любим лгать, Джонатон.

– А зачем убили врачей?

– Чтобы остановить рост населения, болван! Разумеется, их уничтожение ничего не дало. Некоторые Хозяева втайне сохранили жизни своих Докторов, и после очередного коллапса они…

– …были на вес иридия.

– Они положили начало коммерции. Как и крупный рогатый скот на Столешнице.

Наконец внизу показалась городская граница, и самолет полетел над угодьями Фермеров. Поля тускло озарял багровый свет Глаза Мёрчисона. Красная звезда садилась, гибельно пылая над горизонтом, а на востоке вставали другие звезды, заметные под чернильным краем Угольного Мешка.

– Если они собираются сбить нас, здесь самое место! – заметил Стейли. – Крушение в этом районе не привлечет внимания. Вы знаете, куда мы направляемся?

Мошкита Уитбрида пожала плечами.

– В сферу влияния Короля Петра. Если сможем попасть. – Она покосилась на Поттера. Гардемарин свернулся в кресле, слегка приоткрыв рот, и посапывал. Освещение в самолете было слабым, и все выглядело мирным, за исключением ракетомета, который Стейли сжимал между колен. – Вам тоже нужно вздремнуть.

– Да, – Хорст зевнул и закрыл глаза. Однако его руки не ослабили хватки.

– Даже спящий он настороже, – подытожил Уитбрид. – Вон как старается. Полагаю, Хорст испуган не меньше нашего.

– Мы попали в переделку, – посетовала мошкита. – И сейчас мы близки к полному упадку цивилизации. Между прочим, мы не успели показать вам кое-какие любопытные экземпляры нашего зоопарка. Взять хотя бы тех же мясных животных… Разновидность мошкитов почти без рук, неспособная защититься от нас, но неплохо приспосабливающаяся к окружающей среде. В давние постыдные времена мошкиты разводили их ради пищи…

Уитбрид вытаращил глаза.

– А в наши дни вы не людоедствуете?

– Нет!

– Тогда зачем вы их оставили? В назидание потомкам?

– Эта проблема связана со статистикой, и совпадение вы можете счесть интересным. На планете нет зоопарка, в котором не разводили бы Мясных, и стада до сих пор растут…

– Вы не перестаете думать о следующем коллапсе?

– Вы правы.

Глаз Мёрчисона исчез. Восток пылал кроваво-красной зарей, и это зрелище не переставало поражать Уитбрида. Красный рассвет – редкость на обитаемых планетах.

Они пролетели над цепью островов. Впереди, где было еще темно, сияли огни. Там раскинулся город – похожий на тысячу Спарт, – и кое-где рассеченный полосками возделанной земли. На заселенных людьми мирах это были бы парки, здесь – запретные территории, охраняемые Демонами.

Уитбрид помотал головой и посмотрел на мошкиту.

– А я назвал вас братом.

– Да. Вы хотели сказать «сестра». Пол важен и для нас. Вопрос жизни и смерти, сами понимаете!

– Не уверен, что я имел в виду нечто подобное. Думаю, я хотел сказать «друг», – с неловкостью объяснил Уитбрид.

– Финч’клик знаменует близкие отношения, но я рада быть вашим другом и по человеческим меркам, – ответила мошкита. – У меня не было возможности узнать вас получше. Но сейчас все изменилось.

Уитбрид ничего не сказал. Вскоре тишина в салоне стала невыносимой.

– Пожалуй, разбужу остальных, – пробормотал Уитбрид.

Самолет вдруг тряхнуло, и он повернул на север. Мошкита Уитбрида посмотрела на город, раскинувшийся внизу, потом кинулась к иллюминатору с другой стороны, уточняя, где солнце, и приникла к стеклу. Спустя мгновение она встала, побежала в кабину пилотов и что-то защебетала. Чарли тотчас отозвалась, и они зачирикали на пару.

– Хорст, – произнес Уитбрид. – Мистер Стейли, проснитесь.

Хорст Стейли с трудом разлепил веки. Он был по-прежнему напряжен, как статуя, ракетомет стоял между коленями, руки крепко сжимали оружие.

– Да?

– Что-то стряслось. Мы изменили курс! – торопливо проговорил Уитбрид.

Мошкиты пересвистывались, их чириканье становились громче.

Мошкита Уитбрида вернулась на свое место.

– Началось, – пискнула она, уже не копируя интонации Уитбрида. Сейчас это был голос чужака. – Война.

– Между кем и кем? – уточнил Стейли.

– Между моим Хозяином и Королем Петром. Остальные не присоединились к ним, но присоединятся…

– Война из-за нас? – недоверчиво спросил Уитбрид.