Москва приглашала тех персон Крымского ханства, у которых в принципе могли возникать политические проблемы на родине; в их числе были и сами действовавшие ханы. Для них «на всякий случай» заготавливались резервные копии пригласительных документов, в случае если они сами «похотят» заиметь их307[87]. Как я уже говорил, Москва использовала все пути внедрения в степную политику, невзирая на лица и статусы.
И позже Москва неоднократно пыталась переманивать к себе именно высший истеблишмент Крымского ханства, — ближайшее окружение и прямых родственников хана, да и самих ханов. Для нас представляет интерес фигура одного из сыновей хана Мухаммед-Гирея I, Ислам-Гирея бин Мухаммед-Гирея. В 1520-х гг. вопрос наследования крымского престола оставался весьма болезненным. В этой борьбе активно участвовал Ислам-Гирей. В течение 1520-х гг., а также в начале 1530-х гг. он неоднократно выезжал в открытые пространства Степи. Здесь он выходил на контакт с московскими официальными лицами, которые оказывали ему помощь, например, когда он прибывал «по Самару»308. Между султаном и великим князем были установлены политические отношения, причем отношения структуры «отец-сын»309 («сыном» был Ислам-Гирей, а «отцом» — Василий III)310.
В начале октября 1524 г. тогдашний крымский хан Саадет-Гирей бин Менгли-Гирей задумал устранить другого претендента на ханский трон — Ислама. Предупрежденный о замысле хана, Ислам бежит «на поле». Вскоре крымские «уланы, мырзы и князья», ведомые кланом Ширин, объявили его ханом311. Однако после вступления в игру Сахиб-Гирея бин Менгли-Гирея ситуация изменилась: Ислам вновь был вынужден бежать «на поле»312. В дальнейшем он еще не раз скрывался из Крыма (март 1528 г.)313.
Примерно в 1530 г. (февраль-июнь) Василий III предлагал Исламу выехать на Русь314[88]. Никоновская летопись сохранила известие о переговорах между Ислам-Гиреем и Василием III в 1531–1533 гг., в которых речь шла об установлении вассальных отношений Ислам-Гирея к великому князю:
Князь бы великий пожаловал, учинил его собе сыном, а Ислам бы великого князя назвал собе отцем, и нечто какова невзгода будет, и великий бы государь пожаловал, дал в своей земли место (выделено мной. — Б. Р.), а он неотступен хочет быти от великого князя и до своего живота315.
Хотя переговоры закончились выдачей Ислам-Гиреем шертной грамоты, но, по-видимому, практического значения она не имела. В 1531 (не позднее мая) — 1532 (не позднее января) гг. Ислам-Гирей правил как хан в Астрахани316.
Примерно в апреле 1532 г. в Москву прибыл человек Ислам-Гирея Кудояр с сообщением, что «ис Крыма сам идет Кирей царь (
Переговоры с Исламом вызвали неудовольствие в Крыму. В мае в Москву прибыло сообщение от Ислама, что «крымский царь… хочет идти на великого князя украину». Разгневанный крымский хан Саадет-Гирей потребовал вернуть своих послов, находившихся при дворе великого князя, и прервал всякие сношения с Москвой319. Вскоре Саадет-Гирея вновь согнали с престола и вновь провозгласили ханом Ислама. Это же подтвердил и присланный самим Исламом его «человек»320.
Итак, в конце концов Исламу удалось захватить власть в Крыму. Это произошло в 1532 г. Узнав об избрании Ислама, Василий III послал своему бывшему протеже письмо с поздравлениями, в котором называл его «братом и сыном»321. Естественно, официальные лица в Москве приветствовали избрание ханом лица, которое формально признало себя подчиненным великому князю. Однако вскоре (примерно конец 1532 — начало 1533 гг.[89]) Ислам-Гирей уступает престол Сахиб-Гирею, а сам становится калгой (в Крыму — наследник престола, второе лицо после хана) при хане323.
Отношение Ислам-Гирея к великому князю изменилось: 14 августа 1533 г. вернувшийся в Москву из Крыма Небольса Кобяков сообщил, что он встретил на пути султанов Сафа-Гирея и Ислам-Гирея, направлявшихся с большим войском к Рязани324. У Ислама, по слухам, было 40 тысяч «крымских людей». Это была серьезная опасность. При этом Ислам прислал весть, что идет на Русь «неволею»:
