Антропологический облик Ивана IV оказался ближе всего к так называемому динар-скому типу, характерному для западных славян. Это объясняется происхождением его матери, Елены Глинской, в числе предков которой были поляки. При вскрытии гробницы Ивана IV скелет был обнаружен в остатках монашеской схимы с клобуком - перед смертью царь принял пострижение в монахи. Но М. М. Герасимов после консультаций с историками решил не изображать царя-монаха, а «одел» его в расшитую льняную рубашку - по образцу восстановленной реставраторами рубахи, обнаруженной в погребении его сына Федора.
А какие археологические находки найдены в погребении грозного царя? Вскрытие его гробницы рассеяло еще одну легенду. «Царя похоронили в церкви Михаила Архангела, украсив его тело драгоценностями, камнями, жемчугом, ценой 50 тысяч фунтов. Двенадцать граждан назначались каждую ночь стеречь его тело и сокровища, предназначенные в дар святым Иоанну и Михаилу Архангелу», - писал Джером Горсей, английский дипломат, побывавший в Москве в конце царствования Грозного. В саркофаге Ивана IV оказался лишь бокал голубовато-синего венецианского стекла, стоявший как сосуд для благовонного миро. При жизни царя это был, вероятно, один из любимых предметов его личного обихода. Кубок очень наряден - расписан ярким трехцветным узором и поверху имеет золотую окантовку. Других драгоценностей в погребении не содержалось. Между тем анализ кирпичной кладки надгробных сооружений и самих белокаменных саркофагов со всей достоверностью подтвердил, что захоронения Ивана Грозного и его сыновей никогда прежде не вскрывались. Правда, в конце прошлого века при устройстве отопления или в начале XX века при устройстве нового гранитного пола попытка вскрыть гробницы была предпринята - по всей вероятности, строителями, но сделать этого им не удалось, и сами захоронения не получили никаких повреждений. Лишь от естественных условий - в основном из-за гигроскопичности известняковых саркофагов, в которых скапливалась вода, сохранность костей черепа в погребениях царевича Ивана и князя Скопина-Шуйского оказалась очень плохой, выполнить по ним реконструкции не удалось. Реконструирован был еще лишь облик царя Федора, наследника Грозного.
Последний из рода Калиты
Современники сообщают, что царь Федор был «мал». Небольшой рост, как показали анатомические исследования скелета Федора, сочетался со своеобразным строением тела. Маленькая голова сидела на ширококостном туловище. Федор был похож на отца, но похож как-то утрированно - в лице последнего царя из династии Калиты, портрет которого также воссоздал по черепу М. М. Герасимов, есть нечто хищное - тонкий нос, круглые совиные глаза.
Царствование Федора Ивановича после бурного правления Ивана Грозного казалось тихим и безмятежным. Царь много времени посвящал богомолью, отстаивал долгие службы, звонил в колокола. «Он тяжел и не деятелен, но всегда улыбается. Что касается других его свойств, то он прост и слабоумен», - характеризовал царя Джильс Флетчер, английский посланник. Федор уже при жизни прослыл царем «освятованным», готовящимся к будущему «вечному житию».
Таков он и на живописном портрете-парсуне, хранящейся в Историческом музее в Москве. Парсуна по художественному стилю определенно датируется XVII веком, т. е. ее не могли писать с натуры. Между тем формы лица на парсуне и восстановленной по черепу реконструкции обнаруживают поразительное сходство - совпадает множество деталей в строении носа, рта, глаз и общей гамме асимметрии. Значит, источником для создания этого портрета, безусловно, явилась другая парсуна, писанная при жизни царя, - такое заключение уверенно сделал М. М. Герасимов. По антропологическим данным, Федор, как и Иван IV, был близок динарскому типу, но некоторые черты его черепа более резко, чем у отца, соответствовали средиземноморскому типу, унаследованному от прабабушки - Софии Палео-лог, гречанки, племянницы последнего византийского императора.
…На безвольном «освятованном» Федоре пресекся род московских государей из дома Калиты, гордившихся своей родословной и производивших себя от легендарного князя Рюрика. Истинный, весьма выразительный облик последних Рюриковичей и представили реконструкции талантливого советского скульптора-антрополога.
Завершились научные исследования, последовавшие за археологическим вскрытием, а затем останки царей Ивана IV и Федора, царевича Ивана и Скопина-Шуйского, пропитанные воском с канифолью, были вновь возвращены в саркофаги, причем в каждую гробницу вложен памятный документ с подробным описанием проведенных исследований. Тексты, написанные тушью на пергаменте, были вложены в стеклянные, наполненные инертным газом аргоном капсулы и запаяны. Одежды же, восстановленные реставраторами из буквально рассыпавшихся в руках тканей, и сосуды из царских погребений стали уникальными экспонатами музеев Кремля.
