Ничего подобного. Скала посреди бушующего моря — вот её удел… Впрочем, какое море? Болото. Бескрайнее болото, где людям места нет.
А для неё, Эльи, есть…
Озеро под утёсом неодолимо тянуло её к себе. Так магнит притягивает металлическую щепку.
— Элья, стой!
Воздух сгустился, словно опутал невидимыми верёвками — но беглянка только досадливо дёрнулась. Какая наивность! А эту дуру ещё считают самым опасным из магов!..
Элья выскочила на улицу и помчалась по саду туда, где журчала, кричала, звала маленькая речка… Почти воочию низшая служанка видела, как по водопадной струе, ставшей вдруг упругой и прочной, будто канат, поднимаются зелёные тени. Одна, вторая, третья…
У неё от восторга перехватило дыхание. Болотный Король оказал ей великую честь — отправил на помощь столько своих верных слуг! Теперь ведьма не сбежит… ни за что, никогда… век ей вековать среди заросших болотной тиной бассейнов, крон корберы и тарраганы с её хлыстом… Зеркальные Глубины по сравнению с Подземным Дворцом — ничто… Оттуда никуда не денешься… Хвала Его Величеству!
Кажется, Элья крикнула это вслух. Во всяком случае, ей в ответ долетел нестройный хор:
— Хвала… хвала…
Она рухнула на колени — и в этот момент спину словно полоснули раскалённые ножи. Элья вскрикнула, согнулась, едва не уткнувшись лбом в землю. Недовольный ропот прокатился по яблоневому саду.
Яркая вспышка — словно молния прошила утёс. И ещё одна…
Они уходили, отступали…
Элья без сил повалилась на траву, тяжело дыша. Мир будто заслонило чем-то невидимым, но очень большим; исчезли все звуки.
На мгновенье открыв слезящиеся глаза, девушка увидела уходящую в никуда липовую аллею. Световые кристаллы на изогнутых столбах освещали скамейки, на одной из которых Саррет однажды держал её за руку…
«Что же я наделала? — подумала Элья и снова смежила веки. — Что же я наделала?..»
Макора потом говорила, что ничего страшного не произошло. Мискен удалось прогнать — и это главное. Колдунья вообще сделалась на редкость покладистой; Элья поначалу даже подумала было, что грозная покорительница Зеркальных Глубин попросту боится её силы, однако потом поняла, что дело в другом.
Просто Макоре было интересно. Заточение в одном из самых суровых миров научило её осмотрительности, поэтому лишний раз будить лихо, сидящее в Элье, волшебница была не готова. Однако ничто не мешало ей приглядываться к девушке, как к какому-то невиданному насекомому. Она осторожно задавала вопросы, иногда использовала и магию, как бы прощупывая пространство вокруг Эльи, в том числе и энергетическое.
— Пожалуйста, не надо, — в ужасе шептала Элья, чувствуя, как начинает зудеть спина, — пожалуйста…
Макора переставала колдовать, но ощущение постоянно преследующего взгляда не оставляло девушку. Порой ей казалось, что даже когда она ложится спать, колдунья сидит на подоконнике и пристально всматривается в темноту сквозь шторы…
Элья бы закрыла окно, но даже здесь, в горном краю, ночи стояли душные. Да и вряд ли это бы помогло.
Так прошло четыре дня. Всё это время Элья была в своей комнате, практически не выходя из неё; даже еду ей приносили сюда.
— Государь считает, что ты больна, — сказала на пятый день колдунья, входя к девушке и тут же усаживаясь в кресло. — Он не знает о том, что случилось. И лучше бы ему не знать.
— Да, — кивнула Элья, не решаясь посмотреть в ответ, — я понимаю… Он не узнает.
Она теперь постоянно прятала глаза. Ей хотелось стать как можно более незаметной, тихой. Лицо её за эти дни стало походить на неподвижную маску.
— Но он был бы рад, если бы ты, по выздоровлении, занялась покоями для его будущей королевы.
— Да-да, конечно… Я — хоть сейчас…
— Ты даже не спросишь, кто эта королева? — в голосе Макоры прозвучало удивление.
— Кто эта королева? — послушно повторила Элья.
— Нет, мне это не нравится. — Колдунья встала и принялась расхаживать по комнате. Теперь в звуке её голоса Элья уловила нетерпение — и сжалась. — Ты стала совсем не похожа на себя. Ну-ка, посмотри сюда.
Элья вздрогнула в своём кресле. Помедлила немного. И всё-таки подняла глаза.
— Ты слишком торопишься себя похоронить, — сказала Макора. — Можешь говорить что угодно, но Болотный Король не имел бы над тобой такой власти, если бы ты сама в глубине души не хотела этого.
Элья задрожала:
— Я вовсе не хочу к Болотному Королю… Я… наоборот… я боюсь… боюсь, что он меня заберёт. Я иногда не в силах себя контролировать, вы же видели… Вы… вы можете что-нибудь сделать?
Последнее она вовсе не хотела произносить. За неё сказало её глубочайшее отчаяние, её потаённый страх. Слова вырвались практически против Эльиной воли, несмотря на то отвращение, которое девушка испытала к самой себе в этот момент.
Макора задумалась на секунду.
— Возможно, я могу помочь тебе, — медленно проговорила она. — Возможно… Да, если постараться оттянуть эту тень… Я попробую сделать один амулет, посмотрим, как он будет влиять на тебя…
