Он замолчал, потому что внезапно их обогнала Жерра. Видимо, она сообразила, кого ей напомнил одноглазый незнакомец, и поспешила обратно, чтобы проверить. Когда подтвердились её худшие опасения, Жерра побледнела, руки в белых перчатках сжались в кулаки.
— Ты… — прошипела она, — а ну, отпусти её немедленно!
— А что, у тебя вдруг появилось время с ней возиться? — поинтересовался Герек, попытавшись обойти преграду. Так как он по-прежнему поддерживал Элью, манёвр не удался — Жерра снова заступила ему дорогу.
— А ты… — протянула она, глядя на Элью. На её лице отразилось понимание. — Только не говори мне, что ты его не узнала! О чём вы разговаривали сейчас? Что вы задумали?!
— Жерра, послушай… — взмолилась Элья. Спина горела уже меньше, но приступ боли, случившийся перед этим, ослабил девушку, будто она пробежала несколько вёрст, поэтому Элью не покидало ощущение, что стоит ей перестать опираться на Герека, как она рухнет.
— Нет уж. Наслушалась.
Жерра, не сводя с неё ненавидящего взгляда, расстегнула кобуру с револьвером. Элья в тот же миг схватилась за свою, уже зная, что не успеет, но тут…
— Не двигайтесь.
Саррет говорил негромко, однако, услышали его все трое. Полицейский стоял с оружием в опущенной руке, но никто не сомневался, что он сможет выстрелить раньше, чем Жерра достанет свой револьвер. Валуны защищали его от случайных взглядов, а ветер и шум реки — от случайных ушей.
— О, ну конечно… Конечно, я должна была давно догадаться… Элья, ты потрясающая актриса. Браво.
Элья беспомощно покачала головой.
— Ты всё не так… — попробовала она оправдаться, но Саррет перебил:
— Помолчи, пожалуйста.
Элья послушалась. Она по-прежнему стояла рядом с Гереком, нервно покусывая губы. С лицом Жерры что-то случилось при этих словах Саррета. Она горько усмехнулась:
— Я смотрю, вы уже на ты, да? Или вы с самого начала были на ты? Вы всё продумали, так ведь? И сейчас это, конечно, очередной спектакль… Ручаюсь, войско не дойдёт до Аасты. Иначе вы бы не оказались здесь все вместе. Иначе она бы не разыгрывала этот цирк…
Элья прикрыла глаза. Ну как тут, что тут скажешь?! Зная Жерру, теперь можно было утверждать наверняка, что любые попытки объясниться бессмысленны. Элья просто пополнила ряды её врагов.
Жерра задрала подбородок и подошла к Саррету. Несмотря на это движение, которое как будто должно было показать, что она не боится и уверена в себе, несмотря на военную форму и сияющий кивер, Жерра сейчас меньше всего напоминала полководца. А когда она оказалась лицом к лицу с Сарретом, то стала выглядеть почти жалко. Хотя тот стоял спокойно, даже руку с револьвером по-прежнему не поднимал.
— Ты не бойся, — сказала она, — я тебя не выдам. Вас всех. Просто уйду и всё.
— Вы думаете, я вас просто так отпущу, поверив на слово? — спросил Саррет.
— Думаю, в этот раз ты поверишь. А не поверишь, так можешь стрелять, мне всё равно!
Голос её на последнем слове сорвался, и она поспешила прочь, за валуны, туда, где стояли лошади. Когда Жерра пробегала мимо них с Гереком, Элья испугалась, увидев её лицо. Это было лицо человека, который собрался умирать.
— Жерра, пожалуйста…
Но девушка только тряхнула головой, не остановившись и даже не посмотрев в сторону той, с кем они почти стали подругами. Почти…
Признаться честно, Элья ожидала, что если Жерра когда-нибудь ещё встретится с Сарретом, разговор их будет совсем другим. Она ещё помнила искажённое яростью лицо, сведённые судорогой пальцы, которые как будто так и норовили вцепиться в шею обидчика. И вдруг это истеричное, отчаянное: «Я тебя не выдам».
Элье впервые пришла в голову поразительная догадка, что Жерра тогда доверилась Лэрге Саввею не потому, что он шемейский дворянин. И уж тем более, не потому, что хотела спровоцировать. Для неё это был шаг совсем иного рода. А если Жерра думает, что скоро погибнет, и, вопреки этому, идёт — значит, всё совсем серьёзно, до смерти серьёзно, хотя, казалось бы, можно ли было подумать про Жерру, что такой человек, как Лэрге Саввей…
Элья покосилась на Саррета, который как раз направлялся к ним. Вид у него был весьма недобрый.
— Ты с дуба рухнул? — поинтересовался полицейский у Герека. — Ты что вообще здесь делаешь?!
— Это был единственный человек в округе, который мог меня узнать, — заметил Герек, усаживая Элью на небольшой плоский камушек. Та сразу стащила ранец, чтобы не раздражал воспалившиеся раны, а заодно сняла и жутко неудобный, как оказалось, кивер. — Я же не думал, что именно на неё и нарвусь! Я просто подумал, что ты наверняка тут будешь, и хотел похвастаться разгаданным шифром… Помнишь, над которым я ещё в Тангроле маялся?
— Очень вовремя, — съязвил Саррет, — молодец.
Пока они препирались, Элья смотрела поверх большого камня на мост, где собралась уже почти вся рота. Оттуда доносились громкие, но неразборчивые команды, а над шеренгами мерцал багряно-красный язык знамени. На нём ещё был вышит золотой орнамент, но с такого расстояния разглядеть его было невозможно.
