А она не может, не может сейчас подставить Саррета…
— Что это?
— Это нужно выбросить в реку, — прошептала Элья, которая уже чувствовала, как на неё наваливалась её «тьма» — вода, полная смерти, была так близко… — Этот амулет мне дала Макора, и я боюсь, как бы она с его помощью не узнала, где я нахожусь.
— Давай, — Саррет забрал у неё амулет, — застёгивайся пока.
Сняв перчатки и засунув их в карманы, Элья принялась проталкивать пуговицы в петли непослушными пальцами.
Когда Саррет вернулся и сказал, что всё в порядке, что можно идти, Элья, стараясь никуда не смотреть — особенно на остатки моста — побрела вслед за ним к одной из горных расщелин.
Девушка чувствовала, что за ними следует что-то тёмное, жуткое, не имеющее названия. Поэтому шла, не оборачиваясь. Она знала, что расплата однажды придёт — но сейчас, когда она была нужна Саррету, никакой Болотный Король не мог до неё дотянуться. Сейчас Элья существовала для того, чтобы вина и одиночество были разделены пополам, а значит, никак не могла исчезнуть.
Небольшой скальный коридор внезапно закончился, выведя их с Сарретом на довольно крутую, ведущую вверх горную тропу. Дул сильный ветер, пригибая к земле и без того короткую траву, о сапоги со стуком бился чертополох. Путников окружали высокие холмы с крутыми, кое-где отвесными склонами — в такую погоду они казались серыми, будто были посыпаны пеплом.
Элья подумала, что надо о чём-то разговаривать с Сарретом, но не могла сосредоточиться и придумать тему. Полицейский тоже молчал. Их обоих словно придавило беспомощностью, невозможностью изменить то, что случилось. На Элью же ещё давила изнутри её белоборская сущность, и это давление возрастало едва ли ни с каждым шагом. Но нельзя, нельзя было давать волю «тьме»… Да и Саррет не раз помогал одним своим присутствием… С его помощью Элья справится…
Иногда полицейский говорил что-нибудь насчёт местности, по которой они шли, и девушка старательно напрягала слух, сосредотачиваясь на его голосе.
— Мы сейчас идём как бы по дуге. Маршрут, которым ты пользовалась, когда возвращалась из Кабрии, лежит левее. Запоминай: везде сворачиваешь вправо. Там, где нахоженная тропа идёт влево — сходишь с тропы.
— Угу.
Они обогнули остатки какой-то древней скалы высотой с двухэтажный дом. Рядом с ней вообще никакой тропы не виднелось, но место было приметным, и Элья знала, что в случае чего не заблудится.
— Может, здесь сделаем тайник? — спросила она.
— Лучше чуть подальше. Слишком бросается в глаза.
До того места, которое Саррет в итоге выбрал в качестве тайника, от Рагира было часа полтора.
— Ты потеряешь три часа, — заметила Элья.
— Три часа — это не целый день. А если будут прочёсывать местность, то сюда не доберутся.
Что верно, то верно.
Саррета прельстила довольно невзрачная кучка камней. Два огромных гранитных валуна и несколько других, поменьше. Поднимешь сверху два камня, каждый размером чуть больше ладони — а под ними углубление, куда не доберётся ни дождь, ни снег, ни тем более рука случайного (или не случайного) прохожего.
— Хорошенько запомни ориентиры, — сказал Саррет. — Сосновая роща по правую руку, слева — Небесный Пик, ты мимо него должна была проходить, когда шла из Сакта-Кей.
— От усыпальницы его тоже видно, — кивнула Элья.
— Да, он высокий. Сзади — обрыв. Мы с тобой шли по более-менее пологой стороне. Там ещё берёза, помнишь?
— Помню.
— В общем, от неё — вверх, потом сразу забираешь вправо. Ищешь с одной стороны рощу, с другой пик. И смотришь, чтобы сзади был обрыв.
Элья нетерпеливо вздохнула:
— Да поняла я.
Саррет мрачно покосился на неё, но промолчал.
Дальше они шли довольно долго, не говоря ни слова. Усталости не чувствовалось, есть не хотелось. Наконец, часа в два пополудни, их взору открылась долина, окружённая высокими холмами с крутыми, а кое-где и отвесными склонами. У подножья холмов лежало серое, с поволокой тумана, озеро, на берегу которого приютилась пара деревушек.
— Здесь Охотник иногда покупает продукты, — сообщил Саррет. — А ночью, чтобы никто не видел, он спускается к озеру, набирает воду в бочки с помощью магии, и так же, заклинанием, доставляет их к себе… Нам, кстати, хорошо бы тоже запастись съестным.
— У меня есть немного хлеба, — вспомнила Элья. Хлеб она брала на всякий случай: у полка имелась своя кухня, и запасы провизии должна была везти одна из следующих рот.
— В любом случае, мне нужно что-то на обратную дорогу. Обирать Охотника не хочется, лучше наоборот, принести что-нибудь — ему вообще следует пореже сюда приходить. Так что предлагаю спуститься, пополнить запасы и заодно набрать фляжки.
На спуск ушло не менее получаса. Наконец, Саррет с Эльей добрались до ближайшей деревни, где купили вяленого мяса, а одна женщина продала варёный в мундире картофель, ещё тёплый. Это была хозяйка большого дома и очень обширного огорода, где как раз в это время трудились её муж и трое сыновей.
— Хотите парного молочка на дорожку?
