Когда Саррет поймёт, куда она делась, то его наверняка кольнёт совесть. И хорошо. Он должен это почувствовать. Он должен пожалеть о том, что её нет рядом. Болотный Король подарит вернувшейся служанке возможность напоминать о себе тем, кто не ценил её здесь, на земле…
Ей даже не нужно нырять в озеро. Эти меленькие капельки сгустятся так, что облепят её водным коконом, увлекут на топкую зелёную дорогу, по которой есть путь только в одну сторону… Там, в конце этого пути, стоит горнист и зовёт её. Пора, наконец, откликнуться на зов…
Элья уже не видела ничего кроме тумана. Он был как молоко: такой плотный, что больше не оставалось ни воды, ни камней, ни гор вокруг. Лишь мелькнул впереди зеленоватый силуэт женщины со спутанными волосами… Женщина тоже протянула руку.
— Я иду, — прошептала Элья и поднялась на ноги, чтобы сделать шаг.
Вдруг что-то резко дёрнуло её назад.
— Сдурела, что ли?!
— Отпусти! — кричала Элья. — Отпусти, я же… Отпусти, говорю!
Саррет, не слушая, буквально выволок её по камням наверх.
Элья всхлипнула: она ведь уже решилась! Она ведь уже сделала выбор! И мискена ждёт её там, до сих пор…
Саррет тащил её прочь от озера, стиснув локоть так крепко, что вывернуться не было никакой возможности. Элья всё-таки попробовала, однако, единственное, что смогла сделать, это оглянуться через плечо. Казалось, весь туман, какой плавал над озером, собрался у того камня, где она сидела. Теперь ясно, как Саррет понял, где она: для тумана подобное поведение неестественно. Ранец мешал обзору, но, кажется, мискена действительно всё ещё была там…
— Кто тебя вообще просил?! — снова набросилась Элья на Саррета и сердито ударила его по руке. Хватка слабее не стала — но зато девушка хоть чуть-чуть душу отвела.
— Помолчи.
Она продолжала всхлипывать, воздуху не хватало — а за Сарретом ещё попробуй, угонись.
— Да чтоб тебя… Отпусти, говорю, у меня сейчас рука отвалится!
Саррет скрипнул зубами и разжал пальцы. Это было так неожиданно, что Элья едва устояла на ногах. Пока она выравнивала дыхание и равновесие, полицейский успел довольно далеко уйти вверх по склону, пришлось его догонять.
Впервые она жалела, что ей удалось вырваться из лап Болотного Короля. На сей раз это было её решение. Лучше так, лучше сразу туда, чем мучиться с этой невыносимой чёрной тяжестью в груди, с собственной ничтожностью, с глухим презрением, которое испытывает к ней Саррет… таким очевидным, что хочется выть…
— Фляжки набрала? — отрывисто спросил он.
— Набрала, — буркнула Элья. — Если бы ты так резво не побежал не пойми куда, я бы, может, ещё и забрала их.
Саррет резко остановился и развернулся. Так как полицейский шёл впереди, а дорога по-прежнему ввела вверх, то он сейчас казался ещё выше, чем обычно. Увидев на фоне пасмурного неба его громадную, как ей показалось в тот момент, тёмную фигуру, Элья слегка струхнула. Но посмотрела в ответ прямо и зло: давай только, попробуй что-нибудь скажи! Ярость, бушевавшая в ней, требовала выхода.
Однако Саррет промолчал — повернулся обратно и зашагал дальше. Элья, стиснув зубы — лучше бы она действительно пошла с Гереком, с ним хоть поругаться можно! — снова поспешила за полицейским, хотя сил уже не оставалось.
— Миску с творогом я тоже на берегу оставил, — буркнул неожиданно Саррет, не оборачиваясь. — Так что будем обходиться тем, что есть.
Прошло ещё около часа, прежде чем они, наконец, повернули за очередную скалу и увидели — ещё выше! — небольшой участок, посреди которого одиноко стоял двухэтажный дом. Одно из окон светилось, хотя вокруг ещё и не начинало вечереть. Возможно, из-за пасмурной погоды?.. Да и дождь стал накрапывать…
Саррет проследовал вверх по широким ступеням из неотёсанных камней. Элья не отставала. Ступени были очищены от мха, но между камнями кое-где пробивалась жёлтая осенняя трава.
Вдруг Саррет присел на корточки и к чему-то пригляделся. Элья тоже напрягла зрение. Из жёлтого ёжика осоки высовывался мясистый, но какой-то сероватый стебль цветка, сложившего перед дождём бледные лепестки.
— Что это? — хмуро спросила Элья.
— «Серое утро». Научное название не помню. — Саррет внимательно приглядывался к цветку, не касаясь его. — Расцветает поблизости от того места, где было пройдено сразу несколько порогов. Один из порогов — как правило, рассвет, самый энергетически мощный. Цвет лепестков — серый. Поэтому и «серое утро».
Спрашивать, откуда Саррет всё это знает, смысла не было — и так ясно, от кого нахватался.
Элья презрительно пожала плечами:
— Маги постоянно берут силу на порогах миров.
— Берут — не всегда значит, что они эти пороги переступают, должно быть что-то более… Ладно, неважно.
Оборвав сам себя, Саррет зашагал дальше, но Элья видела, что находка встревожила его.
