«Наверное, уселся где-то на стене, вот и не видно. Хотя я ведь видела его в отражении той, современной комнаты. Этой избушки по ту сторону зеркала не было. Как историк смог проделать такой сложный фокус? Обустроить всё это?» – думала она, окидывая взглядом горшки и ухваты, пучки трав, отражающиеся в стеклянной глади.
Кире показалось, что в отражении прямо за её спиной что-то пошевелилось. В этом шевелении было что-то неестественное, ненормальное, как если бы двигался неодушевлённый предмет. Чувство тревоги вновь одолело её, заставляя внутренне содрогнуться. Она начала вглядываться пристальнее.
Сначала ничего не происходило, но стоило ей сместить взгляд, как краем глаза она вновь уловила движение. Девушка посмотрела на Вадима. Тот с безразличным видом стоял рядом, казалось, он полностью погружён в свои мысли.
Шевеление повторилось вновь, и рядом со своей ногой Кира вдруг увидела неизвестное существо отвратительного вида. Морда его была похожа на поросячье рыло, над которым красным светом сверкали злобные глазки. Изо рта торчали кривые почерневшие зубы, между которыми свешивался длинный кроваво-алый язык.
Мерзкая тварь была совсем близко, оно протянуло тонкие лапки с грязными заострёнными когтями, собираясь вцепиться в платье девушки.
Сердце заколотилось у Киры в горле, она не понимала, что именно пугает её в этом маленьком, размерами не больше кошки, существе. Но каким-то внутренним чувством ощущала его отвратительную природу.
Ещё секунда, и мерзкая тварь прикоснётся к ней волосатыми лапками. Существо почти дотянулось, но колдун оказался проворнее, он наклонился и схватил его.
Девушка взвизгнула и обернулась. За её спиной не было никого кроме Вадима. Тот стоял с поднятой вверх рукой, сжав пустой кулак.
Мужчина кивнул на зеркало, и она вновь повернулась к матово поблескивающему стеклу. Увиденное заставило её похолодеть. Ведь кулак мужчины был вовсе не пуст, в нём оказался зажат лысый, как у крысы, хвост с чёрной кисточкой на конце. Хозяин хвоста болтался вниз головой, яростно мотая головой и суча ручками и ножками, или, вернее сказать, лапками с когтями на концах передних и копытцами на задних.
Девушка отскочила от зеркала и обняла себя руками, стараясь унять дрожь. Ужас и омерзение накатывали на неё ледяными волнами, заставляя судорожно хватать ртом воздух.
– Чт-то эт-то? – запинаясь, прошептала она.
Кира не отличалась пугливым нравом. Девушка никогда не боялась ни крыс, ни мышей, спокойно могла взять в руки жабу или даже змею, если бы была уверена в том, что она не ядовита. Единственное, что вызывало у неё панический ужас – это огромные пауки. Так вот, существо, увиденное в зеркале, показалось ей во много раз кошмарнее любого тарантула.
– Твоё тщеславие. Точнее бес, которого ты привечаешь и радостно защищаешь от всех нападок. Разве не красивый? – Вадим засмеялся и разжал кулак.
Бес в отражении зеркала шлёпнулся на пол и исчез. А Кира застыла не в силах пошевелиться или вымолвить хоть слово. Лицо её побледнело, а напряжённые глаза бессмысленно уставились в пустоту, казалось, она вот-вот упадёт в обморок.
Видя неподдельный ужас девушки, Вадим сразу же пожалел о своём поступке. Успокаивающе поднял руки ладонями вверх и заговорил:
– Всё хорошо, видишь, никого нет.
Кира закрыла лицо руками, чтобы не видеть жуткое зеркало. Сердце никак не желало успокоиться, продолжая бешено стучать о грудную клетку. Дрожа всем телом и всхлипывая, она испуганно попятилась в угол, вжавшись в бревенчатую стену.
Дом этот всё больше пугал её, казалось, что в каждом углу затаились жуткие тени. Не меньший страх вызывал и его хозяин.
Девушка не верила в то, что Вадим действительно колдун, но вот бес ей показался совершенно реальным. Ведь она не представляла, как можно было искусственно создать столь мерзкое существо.
Мужчина, вновь поддавшись своему добросердечию, попытался успокоить пленницу.
– Пойдём лучше в лес. Там тебе должно понравиться, – сказал он и протянул руку девушке.
Та вцепилась в его ладонь ледяными пальцами. Сейчас её меньше всего волновали мотивы и действия чокнутого препода, Кире хотелось быть рядом с живым человеком, ощутить хоть какую-то иллюзию защищённости.
За неимением других вариантов, она бросилась к нему. Ища защиты, обняла руками за талию и спрятала лицо у него на груди. Боясь поднять голову, девушка продолжала трястись и жаться к Вадиму, даже когда большие ладони заскользили по спине, ласково поглаживая.
Каким-то неведомым образом отношение студентки к преподавателю изменилось. Теперь, находясь в его власти, она чувствовала скрытую силу, которая как магнитом притягивала её. На секунду она ощутила трепет и благоговение, желание подчиниться ему и принадлежать полностью без остатка.
Тело колдуна, к которому доверчиво прижалась Кира, было тёплым и упругим. От него исходила затаённая мощь, только и ждущая выхода.
