Машина тронулась. Син заёрзала на сиденье в предвкушение, ведь на носу было Рождество. Чувство праздника витало в воздухе. Украшенные улицы, запахи свежей выпечки и глинтвейна закрадывались в каждый уголок, так и маня, дети катались на коньках по замёрзшей речке. Син невольно поморщилась, вспомнив свой последний опыт катания на коньках, но тут же представила, как будет кататься вместе с Дэем и слабо улыбнулась. Всё же он был приятным парнем. Поймав себя на этой мысли, уши Син запылали.
— Бертрам, отвези меня на Рождественскую ярмарку.
— Слушаюсь.
Ступив на брусчатку Син ахнула. К ней сразу потянулись торговцы, норовя выпотрошить её кошелек. Предлагая заморские вкусности, горячий шоколад, какао и даже что покрепче. Не долго было это противостояние. С детским восторгом Син уплетала за обе щёки горячие крендельки, запивая глинтвейном, на лице появился румянец.
— Юная барышня, позвольте познакомиться с вами.
Рядом показался какой-то мужчина, одетый в старую дублёнку, от него разило перегаром, а шапка была набекрень. Бертрам слегка отстал, затерявшись в толпе, но Син не переживала, это же всего лишь пьяница.
— Не стоит, — мягко отказала девушка.
— Ну же, я настаиваю, — мужчина схватил её за предплечье, не давая отойти.
— Я же сказала, что не хочу знакомиться.
Син попыталась одёрнуть руку, но хватка стала лишь сильнее.
— Тогда подай бедному человеку, вижу же, что ты не из простого люда. Ишь какие цацки носишь, — мужчина указал на браслет, дыша перегаром прямо в лицо.
— Я сказала отпусти меня, — прикрикнула Син.
Но хватка не ослабла, он стал тянуть её на себя, пытаясь сорвать браслет.
— Отпусти даму, животное.
За спиной Син раздался голос полный угрозы и спокойствия, и он был ужасно знаком.
— Не лезь парень, я со своей сестрой разговариваю, она не в себе просто.
Пьяница попытался сделать вид, что знает девушку уже давно, притягивая её ближе, окутывая Син облаком перегара.
— Элай!
Столкнувшись с ледяными глазами парня, Син почувствовала облегчение.
— Этот пьяница пытается забрать браслет, подаренный тобой.
В глазах Элая моментально запылала тихая ярость. Мужчина что-то невнятно бормотал, извинялся и так же быстро ретировался, когда понял, что эти двое знакомы. Ему не хотелось склок с этим парнем, ведь он явно был далеко не прост. Сильно сжав трость ладонью в кожаной перчатке, Элай снова перевёл взгляд на девушку, становясь мягче.
— Вот так встреча, — тон блондина моментально изменился, стал мягким и почти убаюкивающем.
— Да, я тоже не ожидала тебя здесь встретить, — замялась Син.
— Любишь ярмарки? — Элай вопросительно склонил голову, глядя в глаза девушки с лёгким прищуром.
— Да, они даруют ощущение упущенного детства.
Элай уже было хотел что-то сказать, как из толпы, весело улыбающийся, показался Бертрам.
— Мисс Дальстен, вот вы где! Я уже испугался, что вас украли, — посмеялся мужчина.
— Всё в порядке, я лишь встретила Элая.
Бертрам весело кивнул парню.
— Думаю, на сегодня потрясений достаточно, мисс Дальстен, — чарующим голосом промурлыкал Элай, внезапно перейдя на официальный тон.
Всю дорогу до дома девушка зачарованно смотрела на пролетающие мимо силуэты людей, спешащие домой, на снежинки, что медленно падали на промёрзшую землю, на фонари, что постепенно зажигались, освещая темные проулки и думала. И думала о столь внезапной встрече и о том, как же Элай не вписывался в атмосферу Рождественских ярмарок в своей тяжёлой соболиной шубе.
Посреди огромного зала, освещённого лишь тусклым светом свечей, располагался массивный, резной стол. Люди, одетые чопорно, переговаривались друг с другом кто о чём: кто-то говорил о прошедших выходных, кто-то рассказывал про успехи детей в магии, кто-то хвастался новыми приобретениями, кто-то молча наблюдал.
Гул голосов прервал хлопок тяжелой деревянной двери и появившейся в поле зрения старик, одетый в простой чёрный костюм тройку. Артур прокашлялся, привлекая к себе внимание, садясь во главе стола.
— Мы собрались здесь не просто так, — никто и не думал перебивать мужчину, поэтому окинув зал беглым взглядом он продолжил. — Как вы уже знаете, в ближайшем будущем, после пройденного обучения к нам должна примкнуть дочь Амелии и Джонатана Дальстен.
По залу прокатился гул голосов. Не все были в восторге от этого решения, ведь девчонка была совсем юна и несведуща в магии, а некоторые из сидящих трудились не покладая рук, дабы занять своё почётное место в Высшем Эшелоне. Среди собравшихся, было и уже знакомое лицо — Элай. Он скучающе сидел в самом конце стола, предпочитая отгородиться от всех этих, как он считал, бессмысленных разговоров, мельком поглядывая на бумаги, лежащие перед ним. Ведь всё было решено уже давно, еще когда Амелия и Джонатан были живы. Хоть они и противились факту, что их ребёнку придется стать частью огромной машины. Это всё было решено еще до того, как Син родилась, как её пришлось запечатывать, дабы ищейки Корнелиуса не нашли ребёнка. Всё было решено в момент, когда Амелия узнала, что носит под сердцем ребёнка от Джонатана.