Дом Степана Кучки стоял на высоком крутом Боровицком холме недалеко от реки. Дружинники подъехали к нему и оказались перед могучими дубовыми вратами. Врата оказались заперты. Никто даже не вышел поприветствовать князя!
Илия ударил в ворота пудовым кулачищем в железной рукавице.
— Нет места в хоромах! — донеслось с той стороны.
— Отворяй ворота, не то перетяну тебя говяжьей жилой, смерд! — закричал Илия. — Великий князь пришел!
— Вот василиск! Совсем вящего не чтит! — изгалялся Градибор.
Ворота загремели и отворились. Во главе многочисленной челяди дружину встречал воевода Кулояр. Сам боярин встречать князя не вышел, дерзок не по чину и не выказывал Юрию Долгорукому необходимого почтения.
Князя и бояр пригласили в господский дом к столу. Слуги без устали подавали мед. Играли гудцы[25].
Князь и Кучка сидели рядом. Рядом с боярином жена Беляна[26].
Князь пил мед и все больше хмелел.
— Продай мне свои земли, — повелительным тоном сказал великий князь.
Степан усмехнулся:
— Ни пяди не отдам! Сейчас все беглые из владимиро-суздальских вотчин приходят ко мне. Скоро мы будем вровень с тобой, князь.
Кучка на самом деле мог поспорить богатством и знатностью с Юрием Долгоруким, однако не знал он, каким коварством князь отличался. Не стоило боярину связываться с тем, кто не привык отступать от задуманного.
Между тем Юрий Долгорукий не только заинтересовался землями дерзкого боярина, но и приметил его жену-красавицу.
Глаз его налился кровью. Дыхание сделалось тяжелым. Но в пиршеском зале служилых людей Кучки было числом поболее, и князь велел Градибору позвать Илию с витязями.
Градибор набрался изрядно. Вышел, покачиваясь, в сени господского дома, не оглянувшись и не заметив следующую за ним тень.
— Ты куда из-за стола? — вкрадчиво спросил Кулояр.
— Не твое, собаки, дело! — отрезал боярин.
Кулояр мягко погрузил ему нож в шею. Боярин даже не крикнул. Воевода наклонил тело к стене и вынул ножик. Рокоча, на стенку хлынула кровь.
— Вот и любо! — спокойно произнес Кулояр. — Кафтан лепый, умельцами шит, неча добру пропадать!
Он велел слугам обобрать покойника, а затем вынести через малую дверь и бросить псам на псарню. Злобные волкодавы грызли даже бычьи кости словно хлебные сухарики.
Сам вернулся за стол и как ни в чем не бывало, продолжил пиршество. Лишь взглядами с Кучкой перекинулся. Все, мол, хорошо.
Дружинникам с самого начала подмешивали в медовуху сон-траву. Многие уже клевали носом. Только князя трава не брала. Он во все глаза глядел на Беляну, и тяжелая похоть не позволяла заснуть.
В самый разгар пира боярина прошла к задней двери в полатях и рукой позвала за собой.
— Не ходи, светлейший! Ведьма она! — упредил Белозар.
Ведун не ел и не пил, чуял неладное. Грядущее встало пред его очами в крови и злобе.
— Уйди, собака! — послал его князь. — Чего хочу, того не убоюсь!
Закрывшаяся дверь отсекла пьяный ор, и князь оказался перед красавицей.
— Беляна! — начал он.
Она закрыла ему рот ладонью и повела в глубь господского дома. Они прошли через несколько темных комнат, и в каждую кто-то входил, едва они ее покидали, но князю страсть застила глаза.
Наконец они оказались в спаленке. Боярыня стала снимать сарафан, князь рывком развернул ее спиной, поднял одежку и грубо вошел. В спаленку ворвался кто-то из господских холопов. Не прекращая, князь взял его лицо в руку и выкинул вон. После чего запер дверь на щеколду.
С той стороны заполошно забегали, в крик закричали. Послышался гневный голос Кучки.
— Отворяй! И я не убью тебя!
— Ты на кого лай поднял? Как смеешь ты мешать великому князю?
Беляна попыталась вырваться. Он выровнял ее и продолжил.
— Недолго тебе княжить! Сейчас дверь на слом! — упредил Кучка.
— Конечно, недолга! — издевался князь. — Пару раз ишо!
Дверь стали ломать.
— Хороша… дверь! — князь с шумом закончил.
Дверь рухнула. Во главе многочисленной челяди в спаленку ворвался рогоносец.
Князь как был без штанов схватил дубовый табурет и выбил окно. В него вцепились, но он выскользнул из кафтана и нырнул в проем.
— Илия! — крикнул он.
Витязи бежали от гостевого дома. Полуодетые, но с мечами.
Они вернулись в господский дом. Далее летописец пишет:
