Мученики науки полностью

Насчитываютъ до 300 000 реформатовъ, покинувшихъ Францію и унесшихъ съ собою за-границу ея знанія и искусства. Жестокимъ гоненіямъ подверглись и знаменитые ученые.

Къ числу ихъ принадлежатъ: Денисъ Папинъ, Гюйгенсъ и Н. Лемери.

Голландскій математикъ Гюйгенсъ (Huygens)[90], извѣстный своими открытіями въ области астрономіи и физики, родился въ Гаагѣ 14 апрѣля 1629 года. Получивъ дома основательное воспитаніе, онъ занялся юридическими науками въ Лейденскомъ университетѣ, въ то-же время посвящая все свободное время изученію математики и физики, которыя неотразимо привлекали къ себѣ его умъ. Еще въ ранней юности онъ обратилъ на себя вниманіе своими замѣтками о геометрическихъ кривыхъ линіяхъ. Двадцати четырехъ лѣтъ онъ явился во Францію и получилъ здѣсь степень доктора правъ въ протестантскомъ факультетѣ въ Анжерѣ. Возвратясь въ Голландію, онъ вмѣстѣ съ братомъ своимъ Константиномъ, занялся изученіемъ оптики и астрономіи. Онъ даже самъ сдѣлалъ хорошую астрономическую трубу, при помощи которой открылъ перваго спутника Сатурна.

«25 марта 1655 года, — говоритъ Гюйгенсъ въ своемъ прекрасномъ трудѣ „De Saturni Luna“, — наблюдая Сатурна въ діоптрическую трубу (въ 12 фут. длины), я замѣтилъ по сю сторону кольца Сатурна, на западѣ и въ разстояніи трехъ скрупуловъ (минутъ), звѣздочку, лежащую въ плоскости кольца Сатурна. У меня явилась мысль, что эта звѣздочка легко можетъ оказаться небеснымъ свѣтиломъ въ родѣ четырехъ лунъ Юпитера, — и я отмѣтилъ взаимное положеніе ея и Сатурна. Я не ошибся: на другой день звѣздочка передвинулась, а наблюденія послѣдующихъ дней дали мнѣ возможность опредѣлить ея положеніе въ каждый данный моментъ».

Съ тѣхъ поръ были открыты еще шесть спутниковъ Сатурна. Но, тѣмъ не менѣе, Гюйгенсу принадлежитъ честь проложенія дороги для послѣдующихъ наблюдателей. Ему-же принадлежитъ заслуга перваго указанія, что тонкое и плоское кольцо Сатурна не соединяется съ самой планетой, а отдѣлено отъ нея кольцеобразнымъ пустымъ пространствомъ. Не лишенъ интереса тотъ способъ, который былъ употребленъ Гюйгенсомъ для опубликованія результатовъ своихъ наблюденій. Слѣдуя укоренившемуся обычаю, астрологи почти постоянно изъяснялись загадочнымъ языкомъ и любили скрывать смыслъ своихъ писаній подъ формой непонятнаго ребуса. Такой способъ примѣнилъ и Гюйгенсъ къ своему изслѣдованію о кольцѣ Сатурна. Онъ предложилъ ученымъ, своимъ современникамъ, на разрѣшеніе слѣдующую анаграмму:

ааааааа ссссс d еееее g h ііііііі llll mm nnnnnnnnn оооо рр q гг s tttt uuuu.

Никто не рѣшилъ этой загадки, и только три года спустя самъ Гюйгенсъ далъ ея объясненіе въ своей «Sistema Saturninum». Вотъ что означала эта анаграмма:

Annulo cingitur tenui, plano nusquam cohoerente, ad eclipticam inclinato, т. e. она (звѣзда) окружена тонкимъ кольцомъ, не соединяющимся съ звѣздою ни въ одной точкѣ и наклоненнымъ къ эклиптикѣ.

Изъ этого эпизода явствуетъ, что у ученыхъ той эпохи не вышли еще изъ употребленія единственные въ своемъ родѣ способы опубликованія ихъ работъ. Но такой свѣтлый умъ, какъ Гюйгенсъ, не могъ переносить равнодушно существованія всякаго старья и хлама въ наукѣ. Послѣ открытія туманнаго пятна Оріона, онъ издаетъ въ свѣтъ замѣчательный трудъ «Cosmotheoros», гдѣ онъ даетъ полный просторъ полету своей мысли. Въ этомъ трудѣ онъ описываетъ послѣдовательно всѣ небесныя свѣтила и задается цѣлью доказать, что они обитаемы. Его умъ никакъ не могъ помириться съ господствовавшею въ то время идеей, что весь свѣтъ существуетъ единственно для нашей планеты, и онъ съумѣлъ привести въ доказательство своей гипотезы поражающіе своею геніальностью доводы.

«Согласно-ли съ здравымъ смысломъ, — восклицаетъ Гюйгенсъ, — думать, что всѣ небесныя свѣтила, среди которыхъ наша планета занимаетъ такое ничтожное мѣсто, созданы были только для того, чтобы мы, маленькіе человѣчки, могли пользоваться ихъ свѣтомъ и созерцать ихъ положеніе и движеніе?»

Сдѣлавъ астрономію, заключенную до того времени въ четырехъ стѣнахъ обсерваторій, доступною для всѣхъ, нашъ великій ученый задался мыслью популяризовать ее путемъ сравненій. Съ этою цѣлію онъ опубликовалъ замѣчательную таблицу вычисленія времени, необходимаго для того, чтобы пушечное ядро, дѣлая по 100 туазъ (шестифутовая сажень) въ секунду, попало съ планеты на солнце.

Работы Гюйгенса по математикѣ и физикѣ замѣчательны не менѣе его астрономическихъ изысканій. Ему ученый міръ обязанъ прекрасными мемуарами о вычисленіи вѣроятностей, объ отраженіи и преломленіи, свѣта, а также знаменитой Теоріей кривыхъ.