– Понимаете, Илья Алексеевич, – раскрасневшийся от горячего чая и эмоций Инокентьев заламывал пухлые руки, – я за всю свою жизнь самостоятельно водил планер раз пять или шесть. И это было так давно, что я уже и не помню, в каком году. Живу я в непосредственной близости от института. На работу при любой погоде хожу пешком. Вы не смотрите, что я несколько полноват! Я стараюсь следовать всем рекомендациям Минздрава. Если же по долгу службы мне требовалось куда-то вылететь, к моим услугам всегда был таксолетный парк. А в дальних путешествиях – сотрудники космопорта. Мне так было удобно. Даже после того, как цивилизация стала активно переходить на автопилотирование и людей заменил искусственный интеллект, проблем никогда не возникало. Вот и сегодня: я арендовал планер и дал команду автопилоту доставить меня на Марс. Но после выхода на орбиту Земли система корабля дала сбой! Искусственный интеллект отключился и больше не подавал признаков жизни. Представьте мою ситуацию! Я был в самой настоящей панике! Вокруг меня на всех уровнях – сотни тяжеловесов и монтируемых инженерных конструкций! При запуске автопилот, вычислив наикратчайший маршрут, направил корабль через строящийся технический район орбиты. Мне пришлось самостоятельно пробираться через поток транспорта, в надежде не столкнуться с возводимыми платформами. Потом интенсивность движения начала падать, и я подумал, что выбрался на свободное пространство. Но тут выяснилось, что я каким-то образом отключил оповещение о входящих сигналах и что все, кроме меня, уже минут двадцать в курсе о приближающемся солнечном шторме. К тому моменту я как раз оказался возле вашего «маяка». После того, как мой компьютер вышел из строя, мне не удалось активировать систему дальней связи. Поэтому я и напросился к вам в гости, Илья Алексеевич. До прихода коронарной волны оставалось десять минут. У меня вышибло бы всю оставшуюся электронную начинку. И, если бы меня унесло потом в далекий космос, я не смог бы даже подать сигнал или выставить аварийный маяк! Последний, надо признаться, я и выставлять-то не знаю, как.
– На «маяках» установлены системы сверхдальней связи. – Беляков посмотрел на пульт управления. Вся система мониторинга и контроля была переведена на пассивный режим. – Так что далеко вас отнести не успело бы…
Звук сигнала входящего вызова прервал Илью на полуслове. Дежурный удивился, но принял вызов.
– Беляков? Капризов на связи, с «Королева»! Как слышно?
– Слышу тебя хорошо. Привет!
– Как коронарный выброс пережил?
– Спокойно все. Сами как?
– Отсек биорегенерации не успели изолировать. Весь кормовой молодняк погиб. Но это мелочи. Все люди и животные целы и невредимы. Послали запрос в Кейптаун. У них там сейчас время сбора урожая. Обещали помочь и прислать чего-нибудь вкусного нашим поросятам. Рад, что у тебя тоже все хорошо, герой! До связи! Светлане привет.
Капризов отключился. В помещении повисла пауза.
– А почему он назвал вас героем, Илья Алексеевич? – Инокентьев недоуменно посмотрел на Белякова.
– Понятия не имею, – раздраженно буркнул последний. – Это нужно у него спросить. На «Королеве» у многих специфический юмор. Любят шутить, знаете ли… – Илья торопливо стал переводить все системы в штатный режим сканирования подконтрольного сектора. – Надо же, как быстро все закончилось. А я и не заметил.
– За нашей с вами беседой прошло почти тридцать минут.
– Надо же! – наигранно изумился Беляков, стараясь замять очередную попытку выяснения его личности. – Значит, вам можно отправляться дальше.
– Но мой автопилот неисправен.
– Сейчас посмотрю, что с ним. Я немного понимаю в электронике и программировании. Если не получится запустить и вы не захотите лететь на ручном управлении, будем вызывать эвакуатор.
Беляков прошел в помещение выходного шлюза. Провожавший его взглядом Инокентьев удивленно поднял брови: дежурный «маяка», подойдя к планеру, быстрым, привычным движением залез в кабину.
Прошло около десяти или пятнадцати минут, прежде чем Беляков вернулся.
– Автопилот восстановлению не подлежит, – доложил он Виктору Степановичу. – И это очень странно. Корабль совсем новый, блок искусственного интеллекта последней модификации. Судя по маркировке продукта, он вообще представитель последней серии, выпущенной заводом.
– Всем, кто меня слышит! – Прорвавшийся в эфир через треск помех женский крик заставил Виктора Степановича застыть на месте от ужаса.
– Слышу вас! – Беляков мгновенно оказался в кресле дежурного, его руки заскользи по сенсорам панели управления. – Что случилось? Кто вы и где?
– Я Алевтина Брежнева, вожатая пятнадцатого отряда! Мы совершали рейс с планеты Сияющая, из пионерского лагеря «Зарница»! Со мной пятьдесят шесть воспитанников. Мы находимся…
– Я вас нашел! – Илья вцепился взглядом в данные пеленга на экране. – Что у вас с кораблем?
– Система дальнего автопилотирования вышла из строя! Часть бортовых систем неактивна! Я не могу им управлять!