На днях здание объединенного посольского представительства в Москве взорвалось множеством звонков от иностранных государств. Официальные представители Кубы, Северной Кореи и Югославии стремились лично передать самые горячие и искренние слова благодарности. Менее суток назад межпланетный корабль, совершавший рейс по маршруту Сияющая – Земля, на борту которого находилось пятьдесят шесть детей из братских коммунистических стран, потерял управление на подлете к материнской планете. Как потом выяснилось, система автопилотирования дала сбой. У единственного взрослого, оказавшегося в тот день на борту, – вожатой Алевтины Николаевны Брежневой, не было опыта пилотирования межпланетных транспортных судов. Неуправляемый корабль стремительно приближался к возводимым блокам инфраструктуры…» О, как! У товарища Шульца литература прямо поперла! Так… «возводимым блокам инфраструктуры и неминуемо должен был потерпеть крушение, если бы не самоотверженный поступок товарища Брежневой. Она, презрев надвигающуюся опасность, до победного пыталась установить связь и просила о помощи. Сигнал бедствия принял товарищ Беляков – дежурный навигационно диспетчерского пункта. Он незамедлительно вылетел наперерез транспортному средству. Серией направленных таранных и касательных ударов Беляков смог разрушить два хвостовых двигателя, замедлить, а затем и остановить неуправляемый корабль. Находившиеся внутри маленькие пассажиры не пострадали из-за вовремя отключенной системы искусственной гравитации и использования фиксирующих ремней безопасности. Благодаря слаженным действиям дежурного Белякова и товарища Брежневой…» – Вова оторвался от информационного носителя, на дисплее которого высвечивался текст. – Илюх, это правда?
– Конечно, правда, – усмехнулся тот. – Вон, в газете же написано. А газеты у нас всегда правы.
Вова закинул руки за голову и откинулся в кресле.
– Димку Махова жалко, – вздохнул он. – Как-то все… Я понимаю, конечно, что профессия космолетчика связана с высоким риском и все такое. Но это всегда происходит неожиданно и внезапно. Вот честно, никогда бы не подумал. – Вова посмотрел на Илью, затем перевел взгляд на информационный носитель. Перелистнул интерактивную страницу. – «Государственная комиссия в составе представителей министерства обороны, министерства транспорта, сводной группы научного сегмента от ряда институтов промышленности, физики, электроники и космической индустриализации сегодня приступила к исполнению возложенных обязательств. В настоящее время идет проверка всех уровней в конструкторском бюро имени Таганровича, а также на заводских предприятиях „Красный Спутник“ и „Яуза ТПК“. Правительство крайне обеспокоено ситуацией, возникшей при запуске последней серии модулей дальнего автопилотирования. Уже выявлено порядка тридцати единиц бракованной аппаратуры. К счастью, обошлось без жертв…»
– Я тоже не подумал бы, – сердито буркнул Илья.
– Что? – Вова, изучая статью, прослушал высказывание друга.
– Говорю, я тоже никогда не подумал бы, что все произойдет именно так.
– Да, – кивнул Вова.
«Да», – мысленно согласился с ним Илья.
В тот день он на магнитной сцепке дотащил на поврежденном корабле Игнатьева борт с детьми до ближайшей аварийной площадки. Там, после окончания всех процедур по эвакуации, Беляков смог залезть в электронные мозги «Эмана». Так же, как и судно Виктора Степановича, пассажирскую посудину совсем недавно оснастили новым модулем дальнего автопилота. Заводской номер и дата выхода с конвейера завода подтверждали принадлежность к одной и той же серии. В производстве которой была допущена ошибка. И не просто допущена, а специально внедрена в одну из систем. Ошибка, чье присутствие, подобно легендарному троянскому коню, наносило удар тогда, когда этого меньше всего ожидали: отключало системы автопилотирования в момент подачи повышенной нагрузки на двигатели.
Расчет делался на отсутствие на борту в момент аварии людей, обладающих достаточным количеством часов налета. То есть, по сути, на самые уязвимые и незащищенные группы граждан. Общественный резонанс, который должен был незамедлительно появиться после одной-двух катастроф, поставил бы под сомнение целесообразность массового применения дальних автопилотов.
Осталось подождать результаты работы комиссии. Цепь событий непременно вскроется. Бракованные блоки автопилотов выведут через системы команд и цепь рабочих программ к началу патологического вмешательства. В век высоких технологий можно спрятать практически все, полагая, что по твоему следу не смогут пройти. Но где прошел один, там же смогут пройти и другие. Безжалостные и беспощадные к врагам своей страны, своего народа. Пресекающие на корню попытки одних жить лучше за счет чужих смертей.
Хотя доказательства, скорее всего, никто никогда не предъявит общественности, не выложит в свободный доступ. Вечно будет лежать на этом деле гриф «Совершенно секретно». Безоговорочно обновляясь каждый раз, когда истечет максимально возможный срок. Так будет лучше для всех.