В тот самый момент, когда изуродованный Тчи смотрел в бинокль, Дэвид Шепард готовился ко сну. Минуту спустя по всему дому погас свет. Спустя ещё десять минут из неоткуда поднялась чёрная фигура в непроницаемой чёрной маске с респиратором. Она словно выросла из пола. За первой фигурой то с потолка, то со стен, начали появляться другие, точно же такие фигуры. Когда их стало настолько много, что они заполнили собой половину прихожей, первая фигура предупредительно подняла руку, и все замерли! Затем она, согнувшись, начала осторожно красться по тёмному коридору, а другие последовали за ней. Подойдя к двери спальни, ведущий чужак не спеша прошёл сквозь неё. Там, на широкой низкой кровати, закутавшись в одеяла, вздымалась спящая фигура.
Чужак замер и внимательно всмотрелся в очертания человека, скрытые одеялом и тенями близкой ночи. Спустя несколько секунд первая фигура направила на спящего человека пластмассовый прозрачный пистолет и нажала на спусковой крючок. Сработала пружина и из дула с лёгким свистом вылетела игла, угодив в свёрток. Спящая фигура коротко вздрогнула и смолкла. Первая фигура отошла вглубь коридора, пропуская других собратьев. Они осторожно столпились возле кровати. Ближайший из чужаков, держа в руках тяжёлые наручники, аккуратно сдёрнул одеяло и тут же ошеломлёно замер. Дэвида Шепарда не было в постели. Вместо него, там лежало нечто отдалённо напоминающее человека: узловатый, продолговатый кусок тихо пульсирующего мяса. Одна из фигур сделала неуверенный шаг назад, и что-то хрустнуло под её ногой. Это была ледяная корка. Весь пол покрывал тонкий слой льда. Никто из прибывших охотников не заметил ни этого, ни того, что в тенях порождённых молодой ночью скрывались более густые и живые тени. За одно короткое мгновение комната погрузилась в ледяной мрак, и из тьмы появилось множество рук. Охотники попытались сбежать, исчезнуть в подпространстве, но тени были быстрее их. Они начали хватать чужаков за ноги, шеи или головы. Фигуры, завизжав, как свиньи, хватались руками за неровности пола и мебель, но их конечности леденели и отрывались от тел, а затем существа исчезали в глубинах первородной ночи.
Никто не ушёл. Никто, кроме первой фигуры, что смогла увидеть неладное за секунду до того, как посланный им помощник убрал одеяло.
Настала тишина. В гостиной загорелась лампа, послышался монотонный безразличный голос Дэвида Шепарда:
— Думаешь, это тебе поможет, Тчи? Мы тебя всё равно поймаем. Выйди ко мне и давай поговорим, как здравомыслящие люди.
Первая фигура выплыла из пустоты в дверном проёме гостиной. Там, в кресле сидел Дэвид Шепард в одежде мусорщика, скрестив руки на груди. Тчи тяжело вздохнул и почесал себе затылок.
— Вот ведь не задача. Я не думал, что вы решитесь выпустить это чудю-юдо при всех новых условиях.
— Ты слишком заигрался в условия, Тчи. — холодно отрезал Дэвид. — Зачем я тебе?
— Ты сын Гильгамеша, а значит: ты куда сложнее, чем можешь представить себе. В тебе есть нечто любопытное, в прямом смысле. И поэтому прошу простить меня за то, что я решил похитить тебя.
— Так значит, ты решил, если я вызвал тебя на душевный разговор, то у тебя есть шанс уговорить меня пойти с тобой на добровольной основе? С чего ты это взял? Ты сможешь свести меня с моим высокомерным отцом?
— К сожалению, нет, — в голосе Тчи исчезли нотки задорного веселья, и он сделал шаг назад.
— Что ж. Может, ты мне поведаешь истину того, что привело к Коллапсу?
— Я… меня это никогда не интересовало, но те с кем я работаю. Они тоже, как и ты, Вечные, и их лидер был в самой гуще событий. Он поможет тебе, если только…
— Бранэзр никому не сможет помочь.
— А Чуви, значит, сможет?! — резко потеряв спокойствие, выпалил Тчи. — Он и его мамаша только оттягивают неизбежное! Они предпочли запереться в своих темницах, как физических, так и ментальных, уйдя от ответственности и той самой истины! А истина в том, что те, кто всё это начал должны быть уничтожены! Но в первую очередь — «Параллель»!
— Так ты у нас обиженный мститель, — разочарованно протянул Дэвид. — Я ненавижу мстителей, так как нет хуже человека, стремящегося уничтожить дракона, но при этом не замечающего, что сам превращается в него.
— Шепард, послушай, мы не хотим уничтожать мир, и…
Дэвид быстро выбросил вперёд руки. Из тыльных сторон ладоней вылетели лезвия на тонких тросах и пронзили Тчи: одна прошла через голову, другая отсекла голову от тела. Дэвид встал, потянул к себе голову и небрежно снял с неё маску. За ней пряталось бледное лицо человека без носа и ушей. Рот был зашит проволокой, на лбу был выжжен символ в форме иероглифа «человек», а вместо глаз из глубин черепа торчали тонкие трубки кибернетических протоглаз.
— Марионетка? — разочаровано произнёс Дэвид, а его назойливый справочник выдал ему, что такими марионетками, созданными из мёртвой плоти, необязательно из одного человека, могут управлять лишь конфуцийцы или авраамейцы, при должном старании. — Очередная запрещённая технология. Впрочем, это многое объясняет.
