Неудивительно, что основная масса критических воспоминаний о фашистских молодежных организациях относится именно к периоду 1937–1943 годов. Для многих молодых людей перемены в руководстве были связаны со временем утраченных иллюзий – режим больше не боролся за сердца и умы, он попросту заставлял беспрекословно служить ему. Муссолини собственноручно выхолостил «молодую энергию фашизма», обрубив любую инициативу снизу, и тем самым обрек партию на скорое увядание.
Еще большие усилия, по мнению фашистов, требовались, чтобы расшевелить взрослых – и сделать из них «настоящих итальянцев эры Муссолини». «Прирожденные колонизаторы», как называли фашисты итальянскую нацию, приучались к занятиям по военно-спортивной подготовке по «фашистским субботам». Если дети демонстрировали свой патриотизм написанием лозунгов на стенах домов, то их отцам и матерям приходилось намного труднее.
Свободным временем родителей ликторской молодежи все больше распоряжалась фашистская организация «После работы», созданная еще в 1925 году как фашистский аналог социалистических общественных структур такого рода. Она была призвана улучшить социальное положение работников всех сфер труда (в основном речь все же шла о рабочих) путем организации туристических и спортивных мероприятий, сети кружков по интересам и т. п. Появление в Италии массового внутреннего туризма было напрямую связано с деятельностью «После работы». Помимо всего организация поддерживала сеть небольших торговых точек, осуществлявших продажу товаров первой необходимости (по твердым ценам) для своих членов.
Первоначально режим не ставил перед этой структурой сугубо пропагандистских задач, указывая, что цель «После работы» – «развертывать и объединять учреждения, повышающие благосостояние рабочих и поощряющие полезное употребление свободного времени; организовывать централизованную помощь всем этим учреждениям посредством технических секций культуры, спорта, музыки, театра, кино, радио для более высокого развития рабочих в физическом, духовном и моральном отношении; заботиться о материальных средствах оборудования различных спортивных площадок, плавательных бассейнов, приобретения инвентаря; обеспечивать отдельным лицам и коллективам льготы для посещения театров и концертов, а также для путешествий и экскурсий».
Однако с конца 20-х годов, когда руководство организации последовательно начали возглавлять партийные секретари, роль идеологии неуклонно возрастала. Это немедленно сказалось на деятельности «После работы» – возможное стало обязательным. Так, занятия физкультурой из удовольствия превратились в унылые пропагандистские мероприятия, обязательные для посещений по выходным дням. В этом стремлении вдохнуть жизнь в глубоко зарытые доблести древнеримских времен можно наблюдать проявления того же примитивного фетишизма, что и в копировании германского парадного строевого искусства или нацистской расовой доктрины. Государство, то есть партийная иерархия с вождем наверху, – произвольно подавляло, унижало, принуждая миллионы людей регулярно исполнять ряд бессмысленных вещей, тем самым лишая народ свободы и права распоряжаться собой. С этой точки зрения физические меры по воспитанию нации и «репрессивные политические» законы являлись предметами одного порядка: все они были направлены на воспитание единомыслия, приучая итальянцев послушно следовать распоряжениям фашистского руководства.
В то же время некогда гибкая и относительно свободная структура «После работы» с середины 30-х годов начала «окостеневать» так же, как это произошло и с «Балиллой» – под влиянием партийного руководства. Эти процессы, нараставшие в некогда почти аполитичной организации, нравились далеко не всем, да и возможности фашистской партии материально стимулировать участие в «После работы» постепенно снижались. С конца 30-х годов экономическая ситуация в Италии неуклонно ухудшалась, что ничуть не мешало фашистской пропаганде брать все новые и новые высоты в восхвалении режима и вождя. Во многом поэтому организация, насчитывавшая к началу Второй мировой войны четыре миллиона итальянцев, оказалась неважным подспорьем для Муссолини.
Последний же с годами становился все более придирчивым и требовательным – помимо недостаточных «бойцовских качеств» у итальянцев его беспокоило снижение рождаемости. Какой смысл иметь лучшую в мире (у фашистов все итальянское было «лучшим» или хотя бы «первым») организацию молодежи, если ее ряды не будут пополняться «свежей кровью»? А с этим, по мнению дуче, имелись большие проблемы.
