Он уже несколько минут ощущал жуткую вонь, а в жаре рощи она стала просто невыносимой. Когда отряд вырвался на большую поляну, Хэл остановился так резко, что бежавшие за ним люди налетели на его спину. Даже в спешке и волнении Хэл застыл от ужаса, увидев место казни, устроенное аль-Ауфом. Почерневшие на солнце трупы висели на треногах, чудовищно раздувшиеся, и некоторые уже лопнули… И все их покрывали мириады синих мух.
Хэл невольно пробежался взглядом по телам, ища труп поменьше, с яркими рыжими волосами, и вздохнул с облегчением, не найдя ничего похожего.
Он заставил себя идти дальше между висящими телами, не обращая внимания на тучи жужжащих насекомых, взлетавших при движении воздуха и круживших перед его лицом.
Эболи и Том ждали его за деревьями на дальнем конце этой поляны.
– Можем теперь идти? – крикнул Том, когда между ними оставалось шагов тридцать.
Он, Эболи и еще трое мужчин с ними были одеты в арабские робы и головные уборы. Хэл увидел, что лицо его сына стало жестким от решительности и нетерпения, а в руке он держит обнаженную саблю. Хэла снова кольнуло сожаление из-за того, что ему пришлось уступить просьбам Тома и позволить ему пойти с Эболи.
Лишь одно соображение повлияло на это: только Том уже забирался на стену и знал, где по ней можно подняться. И Том знал, где находится окно камеры, в которой заперли Дориана. Одевшись как корсары, они могли попытаться залезть туда и уберечь Дориана от сражения и резни, которые неизбежно последовали бы за штурмом форта.
Хэл схватил Эболи за руку и прошипел:
– Не спускай глаз с Тома! Не позволяй ему натворить глупостей! И будь готов прикрыть ему спину в любой момент.
Эболи посмотрел на Хэла темными глазами и не соизволил ответить.
А Хэл продолжил:
– Не разрешай ему лезть наверх, пока мы не сгоним всех со стены на восточной стороне!
Эболи сердито шепнул в ответ:
– Делай свое дело, Гандвана, а я уж справлюсь со своим.
– Ну, тогда вперед…
Хэл легонько подтолкнул его и смотрел вслед маленькому отряду – плечом к плечу люди побежали, поворачивая через рощу к дальней стене крепости.
Когда они исчезли, Хэл посмотрел на верхнюю часть стен, возвышавшихся над деревьями впереди, и склонил голову к плечу, прислушиваясь к пушечной канонаде. Хотя на эту сторону острова доносило густой пороховой дым, от которого щипало в горле, звуки стрельбы вдали затихали.
Нед отводил «Серафим» и «Минотавр» на более безопасное расстояние.
Хэл оглянулся. Даже после долгого бега через лес колонна моряков уже смыкалась за его спиной, и лишь немногие отстали. Он повел их вперед и увидел Большого Дэниела, ждавшего на опушке.
Впереди лежало открытое пространство шириной в полторы сотни шагов, за которым вздымались на высоту в пятьдесят футов белые стены форта. Ворота в арке были закрыты, их тяжелые бревна скреплялись железными полосами. Наверху между зубцами никого не было видно. Похоже, все арабы собрались на западной стене, обращенной к морю.
Когда затих последний пушечный выстрел, Хэл услышал далекие восторженные крики арабов, увидевших, как отходят корабли.
– Мы им причинили некоторые неудобства, – сказал Хэл Большому Дэниелу, – но нужно действовать быстро, если мы хотим сохранить преимущество неожиданности.
Колонна матросов все еще подтягивалась к ним, сгибаясь под тяжестью груза.
Потея и задыхаясь, они садились на землю и хватали свои бутыли с водой, чтобы сделать несколько жадных глотков. Хэл быстро прошел вдоль них, назначая каждому позицию вдоль линии деревьев.
– Пригибайтесь, наклоняйте головы. Старайтесь, чтобы вас не заметили. Следите за фитилями и запалами, но не стреляйте без приказа!
Те, кто нес пять больших бочек с порохом, отстали, но вот наконец появились и они. Каждую бочку в пятьдесят фунтов несли на шесте по два человека. Они поставили бочки под пальмами, и Хэл с Дэниелом стали готовить фитили.
Хэл обрезал фитиль так коротко, как только осмелился: это всегда представляло собой деликатное дело, потому что два одинаковых куска фитиля никогда не горели с одной скоростью. Хэл и Дэниел простучали каждый фитиль черенком ножа, стараясь добиться более ровного горения, потом вставили фитили в отверстия в бочках. Сейчас каждая секунда была на счету, и они не могли тратить время на то, чтобы убедиться в совершенстве каждого из обрезков. Если один и не догорит до конца, четыре других все равно вызовут взрыв.
Хэл поднял голову, оторвавшись от работы.
Большой Дэниел уже закреплял последний фитиль комком мягкой смолы.
– Готово, насколько возможно.
– Поджигай фитили! – приказал Хэл.
Дэниел ударил стальным кресалом по кремню. Один за другим фитили загорались и начинали тлеть, пуская вверх тонкие струйки дыма.
– Бочки на плечо! – тихо сказал Хэл.
Пятеро других мужчин, выбранных за большую силу, которые ждали, сидя на корточках, вскочили и рванулись вперед. Другая пятерка следила за ними, готовая помчаться вперед и подхватить бочки, если носильщиков сразит вражеская пуля со стены форта.
Хэл выхватил саблю и подошел к опушке леса, из-под укрытия деревьев наблюдая за открытой полосой и стенами.
