Буквально на секунду мой страх развеялся, и мне стало смешно. Доктор, похожий на телевизионного шарлатана настолько не вписывался в происходящее, что я ощутил себя героем комедии абсурда. В тот же момент монстр, державший меня вскрикнул и отпрянул назад.
Воспользовавшись временным замешательством противника, Док схватил с земли артефакт, подпитывающий мутанта, и выкинул в ближайшую грязную яму. Тёплое свечение исчезло и причудливый минерал утонул в мутной, болотистой жиже.
Мутант при этом как будто поблёк и ссутулился… Оказавшись без подпитки артефакта, он слабел буквально на глазах.
— Ладно, Доктор. Твоя взяла. Сейчас нет сил и времени для ментальных поединков, — тяжело вздохнул монстр, привалившись к стене дома. — На секунду мне показалось, будто я ещё что-то могу. Непростительно много сил было потрачено на твоего протеже… Не стоило…
— Держи его на мушке, — приказал мне Док, и я вытащил из-за спины оружие.
Тем временем врач, подошёл к Биму и осмотрел его на предмет ран и переломов.
— Дышит. Просто потерял сознание. Сейчас мы это поправим. — Доктор покопался в рюкзаке и вытащил на свет Зоны ещё одну склянку. Вытряхнул на ладонь зелёное, остро пахнущее желе, врач вложил его в пасть неподвижному псу.
Минута-другая томительного ожидания.
— Да, небось сдохла ваша дворняга. Туда ей и дорога. — Слабо ухмыльнулся мутант. — Уйдёт со мной, в страну вечной охоты…
Но вопреки его издёвкам, Бим всё же очнулся, оглядел мутным взором окружающих и тихо зарычал на своего врага. Как бы плохо ему сейчас не было — он до последнего защищает нас от опасности. Чудны дела, твои Зона. Кто бы мне сказал, что Твой лютый хищник станет мне товарищем в этом недолгом походе?
— Лежи тут, — приказал Доктор Биму, но тот несогласно заворчал. — Сразу вставать категорически нельзя. Вдруг, у тебя сотрясение?
— По-моему, ты слишком его очеловечиваешь, — обратился к Доктору мутант. — Это всего лишь пёс, он тебя не понимает.
— Много ты знаешь о человечности, — сварливо отозвался Доктор. — Только поэтому ты ещё жив. Потому что мы с Бимом не хотим тебя убивать. Для нас ценна любая жизнь…
— Бла-бла… — протянул мутант и закатил глаза. — Скажи, что не можешь, а? Признайся, что ты связан с Монолитом обещанием? Ты получил Дар Жизни. За это Зона у тебя забрала свободную волю. И ты, и я — мы оба её рабы. Белая и чёрная пешка на доске. А он, — мутант указал тонким пальцем на меня, — или вот они, к примеру, — обвела тварь рукой других участников сцены, засевших с оружием в траве, — всего лишь шестерни в её механизмах. Кто-то большая, кто-то — совсем мелкая деталь. Бессмысленно прикидываться, что мы здесь что-то решаем, имея выбор и прочую белиберду. Это лишь успокоение сознания.
— Так в чём же твоя роль, кроме того, что ты являешься гигантской батарейкой для подпитки идущих в Зоне процессов? — Усмехнулся Доктор. — Почему тебя сотворили в единственном экземпляре — никогда не задумывался?..
— Процессы, происходящие в Зоне хаотичны и стихийны. Она — отлаженный организм, но законы логики к ней никак не применимы. Как постичь наивысшую загадку мироздания — процесс зарождения жизни? Или чем исследовать мировой океан, невероятных глубин которого не достичь на хлипкой и несовершенной человеческой технике? Ты замахиваешься на процессы, которых сам не понимаешь, Болотник.
— А что понял ты за эти годы в теле мутанта? — Спросил создание Док.
— Я понял, что моя сущность сильнее меня. — Задумчиво, даже обречённо произнёс мутант. — Если внутри тебя засело зло, которого ты не заметил вовремя, то оно прорастёт в любой момент. Когда меньше всего ожидаешь и ужалит в первую очередь тебя самого. Жалею ли я о том, что когда-то загадал желание? Нет. Прекрасно — быть фаталистом, исполняющим предназначение. — Улыбнулся слабеющий на глазах мутант. — И я служил во благо, даже творя зло. В конце концов, я даже ни разу не убил. Морально калечил — да. Но благодаря этому Зона могла эволюционировать. Это мой маленький вклад.
— А мой вклад — не быть таким, как ты. — Вздохнул Доктор. — Я мог бы тебя вылечить. Но не буду. Твоё время прошло. Уступи дорогу следующему. Тому, кто будет лучше тебя.
Мутант осел по стене избушки и закрыл глаза. Я подошёл к нему и задал вопрос, мучивший меня долгие годы:
— Ты избрал нас с Димкой по какому-то признаку или выбор был случайным?
Мутант открыл глаза:
— Вы были самыми обычными и ребятами. Но в вас бушевала такая жажда познания наряду с обидой на весь мир, что грешно было не учуять этого и не использовать во благо Зоны.
— Как тебя зовут, на самом деле?
— Я уже и не помню. — На лице мутанта отразилось умиротворение, и он запрокинул голову, разглядывая серые, какие-то неопрятные облака, отдалённо напоминающие вату, вываленную в весенней грязи.
— Где Димка? — Не унимался я.
— В доме. Он сейчас путешествует. Очнётся, когда научится управлять космолётом. — Улыбнулся мутант.
— Ты бредишь? — Разозлился я.
— А ты? — В последний раз выдохнул мутант и неподвижными глазами уставился в небо Зоны…
