— К следующему лету я планирую получить первый грант на исследования. Два месяца в поле. Ты предлагаешь мне лететь с ребенком на Крайний Север?
— Жень…
— Если я сейчас уйду с кафедры в декрет, то уже не вернусь. Я знаю, как это бывает. Я видела. И тех, кто вернулся, я тоже видела. Нет, Клим. Нет.
— Но…
— Дети должны появляться на свет как плод любви и желания. Поверь мне, так им появляться не стоит.
Она развернулась, чтобы уйти к себе, и Клим выпалил:
— Скажешь, не рада, что живешь?
Женя замерла. Потом оглянулась.
— Скажу, что мне бесконечно повезло с отцом.
— Женя, пожалуйста. Давай еще подумаем…
— Не о чем думать. Я все решила.
— Он и мой ребенок! Ты не можешь решить за нас обоих.
— Могу!
— Пожалуйста! — взмолился Клим.
— Ты с ума сошел, — выдохнула Женя. — Когда все закончится, мы разведемся и разъедемся. Все.
И она закрыла перед ним дверь. Клим постоял еще немного, созерцая деревянную поверхность. Потом пошел к себе. Посчитал сроки. Выходило, что рожать Жене выпадает аккурат на конец мая — начало июня. Что ж…
Кажется, о декабрьском отпуске можно было забыть.
Именно об этом он и сообщил кадровику на следующий день, не преминув предварительно одарить ее коробочкой конфет. Подарком Ольга Тимофеевна осталась довольна и обещала подумать, что тут можно сделать.
— Хочешь деньгами получить? — спросила она.
— Нет, мне нужно присовокупить эти две недели к летнему отпуску, а потом еще взять месяц за свой счет.
— Ишь, хитрый! — усмехнулась она. — Все летом отдыхать хотят. Нет, так не пойдет.
— Ольга Тимофеевна, мне очень нужно.
— И что там у тебя такое важное?
— У меня там жена рожает. А потом она уедет. И с малышом буду сидеть я. Так что вы мне заодно расскажите сразу, как отпуск по уходу за ребенком оформить.
Новость разлетелась по Отделу, будто кто выпустил из клетки стаю почтовых птиц. Кто-то посмеялся, кто-то взглянул уважительно, кто-то зашел поздравить. Клим слушал посетителей, и постепенно в душу закрадывался ужас. А если Женя не поддержит его затею, откажется… У него было не так много времени, чтобы убедить ее. Не ходить же ему за ней по пятам, чтобы не дать совершить задуманное! Он же не может запереть ее дома! Нет, она должна сама решить оставить.
Клим нервничал и курил, пока в очередной раз не поднес зажигалку к очередной сигарете и вдруг не ощутил, как тянет от него табачным дымом. Медленно отложил и то и другое, так и не прикурив. Кажется, пришло время попрощаться с пагубной привычкой. Что ж, не самая высокая цена.
В этот раз Клим действительно подготовился. И шел к Жене не просто со словами поддержки, а с конкретным планом. По дороге купил фруктов, овощей и уже приготовленный минтай. Женский коллектив на работе успел просветить его, что беременным нужно хорошо питаться. И побольше отдыхать. Все это, по мнению Клима, он вполне мог обеспечить.
Женя снова нашлась у себя в комнате. Он постучал, она открыла. Выглядела она еще мрачнее, чем вчера. И явно снова плакала.
— Ты как? — спросил Клим.
Она ответила «нормально», но при этом отрицательно мотнула головой. Клим выводы сделал: считывать язык тела его тоже учили.
— Я тебе фруктов принес. И рыбу. Она полезная. И ее только разогреть…
Женя нахмурилась.
— Ты издеваешься, что ли?
— Нет. Нам надо поговорить. Очень серьезно. Можно я к тебе зайду?
Она оглянулась через плечо. Потом неуверенно кивнула. Клим шагнул внутрь ее комнаты, и здесь, в едва ли не аскетичной обстановке, Женя вдруг показалась ему очень уязвимой. И где-то внутри нее — такой напуганной — жил их ребенок, который сейчас тоже нуждался в защите. И единственным, кто мог им обоим эту защиту обеспечить, был он — Клим. Удивительно, что это не пугало. Клим чувствовал, что готов.
— Ты ведь не хочешь этого делать, — вздохнул он.
— Если ты пришел… — начала было Женя, но Клим не дал ей договорить.
— Я пришел предложить решение. Которое устроит всех. Просто выслушай меня. Ты выносишь и родишь ребенка. И отдашь его мне. Я воспитаю его сам.
Какое-то время Женя молча смотрела на него. Потом начала смеяться.
— Ты точно сошел с ума!
— Я уже все спланировал, — не дал сбить себя с мысли Клим. — Ты родишь в конце мая или в начале июня. С первого июня я уйду в отпуск на два месяца. После этого сразу же возьму отпуск по уходу за ребенком. Я все узнал. Так можно. А ты продолжишь работать.
Женя села на кровать. Она смотрела на него широко распахнутыми глазами, и было неясно, чего в них больше: надежды или ужаса.
— Все будет нормально. Мы со всем справимся. Найдем самого лучшего врача. Тебе ничего не будет угрожать.
— Клим…
— И я все время буду рядом. Все будет отлично.
— Ты что, серьезно?
— Серьезнее некуда. Я сегодня бросил курить. Так что, договорились? Жень, ответь.
Но вместо того, чтобы ответить, Женя легла на кровать, подтянула колени к груди, уткнулась в них лицом и тихонько завыла.
— Аборт — плохой выход, — прикусил губу Клим.
Она замотала головой так яростно, что собрала под собой покрывало. А потом вытолкнула из себя:
— Я должна.
— Кому должна?
— Себе! Я не создана быть матерью! Мне не нужен этот ребенок! Я испорчу ему жизнь! А он — мне!
