Дальше был весёлый и добрый семейный ужин, какой в отдельные дни случается у простых, но немного заплутавших по жизни людей. Будто в тушёную капусту с непонятно из чего рагу, что сготовила Галина, прыснули чуток полезного зелья, и зелье то, отработав на славу, напрочь примирило меж собой хозяев, а заодно увело от опасной пропасти ещё одну нескладную судьбу. Жаль только, сил его не хватило, чтоб свернуть и непутёвую Нинку с прицельно избранного ею добычливого, но недоброго пути.
К десяти утра другого дня Николай доставил гостью Иванову ко входу в загс и, несмотря на возражения Евы, остался ждать у входа. То, за чем хорошая ведьма прибыла в город его проживания, больше ни для кого не было тайной. И потому, проникшись деликатной ситуацией, Галина строго-настрого наказала супругу везде и повсюду сопровождать добрую волшебницу вплоть до последнего обнаружения ею какого-никакого родства по сиротской семейной линии.
Инспекторша была сама обходительность. Пригласила без очереди, одновременно кинув строгий взгляд на враз примолкнувшую цепочку очередников, какие маялись, ожидаючи высокого приёма.
— Вот! — Она положила перед Евой адрес. — Туда тебя, Евушка, деточкой и привезли, только-только рóжденной, прям от груди. И там же оприходовали. Кто-чего — там не знают иль не помнят, а только дали архивные данные на одного человечка, который вроде б доставил. В смысле, новорождённую. Я пробила по базе данных, так он помёр невесть когда ещё, если тем, кто надо, был, само собой. Но зато адресок имеется, тоже помеченным оказался, по факту найденного.
— Какого найденного? — не поняла Ева Александровна. — Кого найденного?
— Так тебя и найденного, дорогая моя. А кто доставил, тот, выходит, и нашёл. Или же как-то ещё. — И протянула листок: — Вот, оба адреса: приют, дважды переехавший, а после слившийся с домом малютки номер два. И домашний тот, спасительский. Теперь уж не наугад понять будет можно, что да как. Ты ж этого и хотела, вроде нет?
И вопрошающе глянула на посетительницу в ожидании заслуженного закрытия темы навсегда.
— Благодарю вас… — рассеянно отозвалась Иванова, рассматривая адреса на бумаге, — вы мне очень помогли, правда. Если что, всегда обращайтесь, постараюсь не подвести.
— Да-да, конечно, — вежливо согласилась та и многозначительно протянула, заведя глаза в потолок: — Если что-о…
Верный Николай, напряжённым штыком поджидавший благодетельницу у дверей учреждения, тут же забычарил сигарету и с участливым видом поинтересовался:
— Ну как, срослось?
— Есть два адреса, — всё ещё находясь в раздумье, пробормотала она, — только не знаю, с какого начать. — И усмехнулась по-привычному, протянув листок неизменному сопроводителю своему. — Куда дорога кривей?
Оба шутку оценили, после чего Николай, едва глянув в адреса, уверенно скомандовал:
— Давай сразу к этим, какие нашли, хоть и неживые, как говорится.
— А резон? — не поддалась Ева.
— Резон на месте уясним, когда за цугундер прихватим да наддавим, если они, конечно, за это время разов восемь не переехали, — отбился Коля, — но всё лучше, чем нянек приютских пытать. — И смачно сплюнул на снег. — Да они к тому же помёрли все, наверно, к бабке не ходи! Всё ж как-никак тридцать четыре года накопилось, это вам не шутки для юмора! — И тут же, ойкнув, прикрыл рукой рот.
Первая ошеломлённость и последовавший за ней реальный страх возилы медленно, но уверенно ослабевал. Некая новая сущность, благодарная и даже временами рисковая сверх привычной нормы, добавляла Еве расположения духа. Безыскусные реакции на её ведьминство что самого Коли, что Галины его не доставляли ей более никаких хлопот. И даже, наоборот, отчасти они же подбадривали теперь и самоё её, впервые за долгие годы вновь столкнувшуюся с реальным плодом своей
Состояние было чудны`м и плохо объяснимым. Будто плоть, изначально смастерённая для гадостей, от какой обычно дистанцируется всякая здоровая душа, вопреки общему представлению о неприятном опровергала теперь эту кривобокую легенду, сочинённую завистниками и глупцами, ахающими и прикрывающими лицо платком при слове «колдунья».
Ева знала, что это не так. Что подлое и злое, точно так же живущее с младых лет во всяком живом организме, может не меньше любого колдовского нанести урон живому, самому носителю этих качеств. Равно как и обладателю врождённого, как у неё, устройства для сопротивления души всякой нечисти и дури. Просто нужно было размышлять, прежде чем делать то или иное. Злое, думала она, часто побеждает, и порой ничего поделать с этим невозможно. Так уж всё устроено, независимо от наших желаний. Так получается в миру. «Но тогда что есть смысл жизни? — спрашивала она себя и сама же, подумав хорошенько, отвечала однажды: — Смысл в том, чтобы победа та давалась злу как можно более дорогой ценой…»
