Горячая ванна помогла Амелии немного расслабиться. Она нежилась в воде, куда Магдалена добавила немного ароматного настоя для успокоения молодого тела. Хотелось поскорее отмыться от прошедшей ночи, соскрести с себя то, что ей даже прочувствовать не позволили. Амелия держалась за края ванны, закрыв глаза и думала о том, что никогда больше не вернётся к Диомару по собственной воле. Она была глупой и наивной, а он просто взял то, что она и так собиралась ему предложить. Слегка разбавленный горечью их общий грех.
Поднявшись, Амелия приготовилась закутаться в купальную простынь, когда неожиданно позади раздался возмущённый вздох Магды. Она всегда восклицала так, если на глаза ей попадался одинокий паучок или прошмыгнувшая в щели пола крыса. Но в этот раз она всего лишь разглядывала девушку со спины. И тогда Амелия догадалась: на её плече остался след от зубов другого мужчины.
Амелия медленно обернулась, с вызовом посмотрев Магдалене в глаза. Ей не нужно было даже говорить об этом, отметина на её плече была веским доказательством. И назад пути уже не было.
Глава 20. Серые камни
Их путь из гавани, через пролив, к западному побережью Шотландии занял не более суток. В безлюдном порту под названием Пулу их встретил Фредерик Халсторн, и Амелия успела заметить, как обрадовался её муж этой встрече. Она постаралась тепло ответить на его приветствия, но не более, заранее предупредив Магдалену, что не сможет быть слишком общительной. Она старалась, действительно старалась улыбаться и вести себя подобающе, но стоило собеседнику отвернуться, над девушкой снова сгущалась хмурая туча. Мыслями она была далеко, где-то на туманном берегу Гебридов.
– Я не знаю, что мне делать. Я словно потеряла верное направление дороги, по которой должна пройти, – бормотала она, расположившись в экипаже наедине с Магдаленой. Для Клодетт и остального сопровождения прислуги хозяин выделил большую закрытую повозку.
Стремительно заканчивался день, а к ночи, по сообщению Халсторна, который, как и Стерлинг, предпочёл поездку верхом, они должны были достигнуть границ Хайленд и местечка, где могли бы расположиться для отдыха. Хотя большинство аристократов предпочитали крупные города, вроде Перта или Глазго, Амелия знала, что Томас отказался от посещения Эдинбурга в этот раз и хотел как можно скорее прибыть в английские владения.
Спать совершенно не хотелось, оставалось только скрашивать время за разговорами, но те осуждающие взгляды Магдалены, которыми она так щедро одаривала свою воспитанницу, Амелия была уже не в силах вынести. Пришлось рассказать о том, как именно, но не с кем, прошла её последняя ночь. Узнай Магда, что её несчастная девочка связалась с пиратами, тем более с Диомаром, померла бы от такой новости на месте.
– Я рада, что в вас, наконец, проснулась совесть, – саркастично заметила нянька. – И я рада, что вы осознаёте этот груз вины, лежащий на ваших плечах, но, милая моя, как же вы позволили…
– Я больше не хочу говорить об этом человеке! – отрезала Амелия; она беспокойно дёргала плотный рукав своего дорожного костюма. – По крайней мере, во время поездки!
– Возможно, стоит рассказать вашему мужу! Он мог бы понять и разобраться с негодяем…
Амелия в ужасе взглянула на свою няню. Она лишь на секунду представила всю эту ситуацию, и от подобных мыслей её пробил холодный пот.
– Ты не скажешь Томасу, слышишь? – прошипела она, вжавшись в сиденье. – Пока я не решу, что делать, ты ни слова не скажешь, или, я клянусь, ты об этом пожалеешь!
Ответом ей стал недовольный смешок. В последнее время Магдалена частенько злилась, и это было естественно. Амелия помнила, какими немыслимыми способами выводила из себя эту молодую женщину ещё несколько лет назад, и теперь удивлялась, как только её проделки не прибавили Магде седины. Она всегда была строгой и, наверняка, всегда знала, что однажды Амелия её разочарует. Так и вышло. Очередной укол стыда, очередная тяжкая ноша на душе.
– Томас не заслужил узнать о таком перед тем, как посетит Виндзор, – произнесла Амелия, немного остыв. – Я хочу, чтобы он получил свой злосчастный титул и был счастлив, ясно тебе? Ему ни к чему знать, какая я гадина, пока мы не вернёмся на острова.
Магдалена хотела что-то возразить, но в полутьме замкнутого пространства легче было проигнорировать попытки заговорить, чем спорить с нею снова. Экипаж слегка покачивало на неровностях большой дороги, солнце толькотолько садилось. Горизонт с великолепным горным пейзажем едва окутала розоватая дымка, когда снаружи послышался громкий свист – условный знак остановиться. Амелия одёрнула шторку и выглянула в окошко.
– Что-то случилось, господа? – спросила она у Халсторна, который подъехал чуть ближе. – Разве мы уже добрались до постоялого двора? Какого-то городка?
– Нет, мадам. Ваш муж предложил всем немного размять ноги… Ах, да, кстати. Он хотел что-то вам показать, – мужчину указал рукой в сторону от главной дороги. – Он вас ожидает.
