Элизабетта тараторила, не успевая за мыслями. Альберт наблюдал за дочерью – красива, юна, мечтательна. Она прожила с музыкантом три счастливых года и испытывала страх и тревогу до начала формальной церемонией на публику, которая узаконит отношения. Титул наследницы и будущая ответственность давили на Элизабетту. Альберт жалел, что не послушал королеву и рассказал дочери правду о советниках и овальных заседаниях. С понедельника она станет более уверенной, расчетливой и команда венценосной бабушки начнет подготовку к передаче главного титула. Милая наивная Элизабетта исчезнет.
– Переживаешь, что сбежит? – спросил Альберт и отвлекся от дум.
Дочь опустила голову, сдерживая набегающие слезы.
– Анри непредсказуем. Я не узнаю его. Он не делится со мной душевными переживаниями, как раньше, я не знаю, что его беспокоит, о чем он думает. Я никогда не скрывала правду о бабушке. И дала шанс сделать выбор.
– Но влюбился– то музыкант в журналиста? Четыре года ты приезжала в Золотой Дворец на дни памяти Марго и не задумывалась о возвращении титула. Журналистов дела опальной внучки королевы не интересовали, ты вела свободный образ жизни и готовилась к возможной свадьбе без участия бабушки. Я прав? О музыканте помнили всегда. Репортеры желтых изданий караулили вас на каждом шагу, чтобы добыть интересный кадр, потому что он был знаменит. Вспомни роман в картинках.
Элизабетта молчала. Вернулась помощница мистера Ри. Альберт встал, поцеловал дочь и вышел. От сомнений, эмоций, не сдержанных слез по щекам растеклась тушь, а глаза покраснели и опухли. На шее выступили багровые пятна. Элизабетта приказала отложить начало церемонии, устранить недостатки в крое платья и заново нанести макияж. Помощница мистера Ри занималась платьем, а вторая девушка, вызванная в комнату наследницы, лицом и шеей. Элизабетта неподвижно стояла у зеркала и состроила несколько гримас. Она рассматривала фигуру молодой невесты в свадебном платье, которая отражалась в зеркале и не понимала, почему видит себя сверху. Там, внизу, ожидала начала церемонии другая ее сущность – с амбициями, властная и надменная. Она получила признание и успех и могла толкнуть молодую портниху и не почувствовать вины. Она ловко заманила в сети любящего мужчину, который украл сердца у девчонок и женщин Страны Королевы, а принадлежал он ей. Она умело притворялась милой и наивной, чтобы удержать его внимание и любовь. Общий ребенок навсегда связал их. Элизабетта чувствовала, как исчезает, растворяется в воздухе. Боль на секунду пронзила тело, которое покосилось и сменило положение. Тело могло совершать любые поступки, не думая о последствиях и ответственности, которую понесет бедная растерянная душа.
Тело вошло в Главный Собор на центральной площади Города. Пять девочек из приюта мистера Морриса открыли церемонию. Они шли впереди невесты, держали в руках букеты цветов и улыбались. Девочки постарше несли фату и следили, чтобы наследница шла прямо и не зацепилась за выступы. Под сводами старинной постройки звучала любимая музыка Элизабетты. Гости смотрели на нее, восхищались и телу нравилось находиться в центре внимания, ощущать вспышки фотокамер, улыбки, пусть и лицемерные, и ничего не значащие. Элизабетта получила ту долю признания, которое желала для нее мама Маргарита.
Анри с растерянным видом стоял у алтаря. Священник пристально смотрел на жениха и ждал появления невесты. Единственным желанием Анри было как можно скорее закончить нудную церемонию, на которой он играл роль жениха, владельца титула, музыканта, спасителя репутации наследницы… Он запутался и не знал, кем себя считать. Анри взглянул на часы. Средина дня. Официальные мероприятия только начались, а он не знал, как ускорить время до банкета, подготовку которого начали пять дней назад, и до ночи, когда Элизабетте разрешат пожить несколько часов не по регламенту наследницы. Утром она отчитала его, сказав, что он забыл совесть в гастрольном туре и не имеет права жаловаться на усталость и попросила хотя бы изобразить радость на лице.
– Двенадцать часов на свадебном мероприятии ни что по сравнению с десятью репетициями, на которых мне пришлось исполнять роли жениха и невесты, потому что ты не соизволил явиться в Золотой Дворец вовремя!
Анри не нашел слов, чтобы возразить ей. Он оглянулся и понаблюдал за гостями, которые обсуждали задержку начала церемонии. В Главном Соборе присутствовал только один человек, который не желал притворяться или играть предписанную сценарием роль. Его мать. Миссис Смит приехала в город ради соблюдения приличий, чтобы помощники госпожи Ри сделали пометку – мать жениха рада союзу с наследницей. Она стояла в первом ряду, и едва сдерживала нахлынувшие чувства и слезы, не желая публично радоваться событию, которое вызывало скорбь и сожаление. Роджер и Аннет с каменными лицами ограждали мать музыканта от любопытных гостей. Миссис Смит отказалась вести беседы в чужом для нее обществе и принимать поздравления.
