Мадлен радовалась возможности побывать в обществе, в которое путь обычному человеку вроде нее закрыт. Она вертела головой, изучая внешний вид, поведение гостей, манеру общения и присматривала кандидата в возможные спутники, чтобы пообщаться с ним на банкете в саду Золотого Дворца и разузнать побольше о светских дамах, жизнь которых она изучала в глянцевых журналах.
Саша стояла в компании Фелла, Макса, Буна, Дэна и Рони, без которого отказывалась идти на церемонию. Анри усмехнулся. Друзья по Группе выглядели нелепо в шелковых одеяниях. Мона и Дона не заботило предупреждение о дресс-коде в приглашении. Они явились в Главный Собор одетыми в то, что соответствовало их вкусу и имиджу. Анри искренне порадовался за друзей. Мон, лидер и вокалист культовой группы, которого Анри в узком кругу прозвал «музыкальным отцом», помогал Группе с первыми записями в студии и делился секретами, как убедить Льюиса Пена выделить дополнительный бюджет. Анри подумать не мог, что Мон окажется настолько простым в общении. Миссис Смит, которая нарушила скучные правила этикета, могла рассчитывать на солидную поддержку в лице друга.
Наблюдения Анри прервала громкая музыка. Двери собора открылись и вошла Элизабетта. Гости замолкли. Дамы с пристальным вниманием изучали платье невесты. Анри увидел Мэгги. Девочка заняла почетное место вблизи алтаря, как только Элизабетта преодолела длинный проход Главного собора. Мэгги отвели особую роль – она подавала атрибуты церемонии свидетелям – Жасмин и Феллу.
Несколько долгих минут… Музыкант стал публичным и официальным мужем наследницы. Элизабетта ждала поцелуя, который объявил священник две секунды назад. Анри пребывал в полузабытьи и не мог шевелиться, ноги приросли к полу. Элизабетта потянула его. Он опомнился и поцеловал ее, размышляя о нелепости ситуации. Он мог бы выдержать десятиминутный поцелуй наедине, но не на публику и вспышки фотокамер. Элизабетта не смущалась и получала удовольствие. Она прижалась к нему, правую руку положила на плечо, держа в ней букет, левой отбросила фату, которая сковывала движения.
Десять минут тянулись как два часа. Элизабетта отмерила их по секундомеру. Едва стрелки остановились на нужных цифрах, она оторвалась от Анри, и держа за руку повела к машине с открытым верхом, которая стояла у дверей Главного Собора. Анри ловил насмешливые взгляды не только «друзей» жены, но и своих, лица которых говорили, что он совершил ошибку, женившись на наследнице.
На воздухе стало легче. Машина, разукрашенная шариками и ленточками, стояла у входа. Жители Города столпилась на площади, выкрикивали имя «Элизабетта» и бросали за ограждение цветы, бумажные фигуры, конфеты, игрушки. Элизабетта на секунду задержалась и сделала легкий взмах рукой в одну сторону, в другую – бросила воздушный поцелуй, и, придерживая подол платья, села в машину. Помощницы мистера Ри расправили юбку платья и укрепили потерянную фату. Затем в машину сел Анри и сжал холодную руку Элизабетты. Машина, управляемая водителем, одетым в старинную ливрею и шляпу, сдвинулась с места, свернула с площади на Проспект и в переулок, ведущий к Золотому Дворцу. Анри поднял голову и, прикрыв глаза от яркого солнца, увидел вертолеты с камерами. Особо смелые фотографы бросались под колеса, чтобы сделать снимки в удачном ракурсе.
Горожане, не умолкая, кричали, продолжая бросать цветы и бумажные сердечки. Элизабетта отвечала им, улыбаясь, пока машина не въехал в парковую зону Золотого Дворца. Выражение лица Элизабетты сменилось на недовольное, она заявила госпоже Ри, что крики и цветы утомили.
– Мне нужен часовой отдых, – сказала она.
Госпожа Ри не посмела возразить ей. Анри обрадовался предстоящему одиночеству, ему было нужно поговорить, обсудить церемонию, например, с Вестой, но он не заметил «подругу» среди гостей и помнил, как просил Жасмин включить Весту в список.
Или она не пришла. Или…
Анри схватил трубку телефона и набрал номер Весты. Она не отвечала. Он пытался дозвониться несколько раз, но слышал длинные гудки. Анри бросил трубку и открыл дверь, ведущую в Большой Зал приемов, который постепенно заполнялся гостями, успевшими приехать из Главного Собора в Золотой Дворец. Дамы сменили официальные утренние платья на вечерние от модных дизайнеров. Они напомнили Анри скопление тучной массы на концерте Группы. Вход осуществлялся по приглашениям. Сверку госпожа Ри доверила мистеру Клайву, а сама продолжала руководить праздником, иногда позволяя немного затянуться из длинного мундштука в сторонке. У госпожи Ри существовал принцип на этот счет – случайных лиц не должно быть на таком мероприятии, как королевская свадьба. Золотой Дворец отгорожен от территории Города высоким забором и Парком. Анри не понимал суеты с приглашениями. Случайному человеку никогда не попасть за высокую кованую ограду.
Он притворил дверь и в очередной раз набрал номер Весты. После третьего гудка она взяла трубку и сонным голосом протянула:
– Слушаю.
