– Ни у кого из нас их нет, – всё-таки выдал Доминик, зная, что любое его лишнее слово может понести за собой необратимые последствия.
– Здесь вы правы, – согласился Пол. – Но я не запрещаю вам видеться с ним. Я до сих пор не знаю, как мне удалось принять этот факт.
– Я раньше никогда…
– Я знаю. Вам хочется верить, потому что…
Пол осёкся. Он явно испытывал какую-то странную симпатию к Ховарду, но всеми силами старался это скрыть; была ли это та самая уже озвученная благодарность?
– Второе условие: вы не говорите Мэттью об этом разговоре, – Пол помолчал пару минут, смакуя уже третью за пятнадцать минут сигарету; наверное, он тоже по-своему нервничал, затевая подобный разговор. – Вам интересно, что будет, если вы нарушите условия?
– Это вряд ли случится, но узнать не помешает, – Ховард начинал успокаиваться, всё ещё не веря в свою удачу.
– Вряд ли я так же, как и вы, позволю себе раскрыть вашу тайну кому-либо. Пока я знаю, что Мэттью в безопасности, всё в порядке. Десять лет назад я и помыслить не мог о чём-то подобном, что созрело в голове моего брата, но я, работая в социальной сфере, неплохо изучил за пару лет проблемы современных подростков. Я не очень хороший старший брат, и вы знаете это, поэтому мне будет спокойно знать, что он проводит время с вами, а не напиваясь до беспамятства где-нибудь с ровесниками.
Он снова замолчал. Скорей всего, их отсутствие заметили, и пора было возвращаться обратно, но у Доминика не было никакого желания искать оправдания своему наверняка полотняно-белому цвету лица, которое стянуло какой-то раздражающей сухостью и не давало даже шевельнуть губами.
– Не думал, что всё-таки задам этот вопрос, но как далеко вы зашли? – Пол тут же вскочил на ноги и замахал руками. – Нет, не отвечайте. Последней просьбой будет не торопить события, ведь ему всего…
– Кому, как не мне, знать, как мало ему лет, – вздохнул Ховард, тоже вставая.
На душе продолжали больно царапать воображаемые кошки, и к ним присоединился целый оркестр шумных животных, устраивающих настоящий гам в голове. Соображалось с трудом, и туман, застилающий сознание, маячил скорым обмороком. Доминик крепко зажмурился, запуская пальцы в волосы, и распахнул рот, дыша чуть морозным влажным воздухом.
– Если бы не сила вашего положения в обществе, я бы давно уже сидел в участке, сочиняя заявление, – произнёс Пол голосом, абсолютно не соответствующим ситуации; его хорошее настроение было слышно хотя бы по тону, и от этого не делалось легче. – Когда вы впервые появились у нас на ужине, в Рождество, я навёл кое-какие справки.
– Что же ты выяснил об ужаснейшем Доминике Ховарде? – не оставалось ничего, кроме как поддаться этой ситуации, тоже начиная шутить.
– Вы работаете в этой школе довольно давно, и ни разу за вами не было замечено ничего подобного. При этом вы жили столько лет с мужчиной, почему вы расстались?
– Мы не расставались, – твёрдо произнёс Доминик, стиснув зубы.
– Он всё ещё живёт с вами? Невероятно, – Пол умел быть и учтиво-незаметным, и настолько бестактным, что хотелось приложить кулак об его лицо.
– Он погиб год назад. Автокатастрофа.
Повисло молчание.
– И я бы до сих пор жил с ним, если бы не эта трагическая случайность.
– Я не знал, простите, – Пол опустил голову, принимаясь сосредоточенно разглядывать свои ботинки.
– Тебе не за что извиняться, – покривив душой, успокоил его Ховард. – Что же мне теперь прикажешь делать?
– Понятия не имею.
Теперь он был тем самым Полом, о котором Мэттью так часто говорил. Нерешительным и готовым в любую минуту переложить весь груз ответственности на другого.
– Откуда ты узнал? – всё же спросил Доминик, чувствуя, что если не задаст этот вопрос, то потеряет покой окончательно.
– Попробуйте угадать сами.
– Уголовные ребусы не слишком успешно поднимают настроение, – огрызнулся он.
Пол рассмеялся, смотря в глаза Доминику прямо и смело, не прерывая этот контакт. Именно сейчас им нужно было выяснить всё, чем и с чем им обоим предстояло жить впоследствии, и возможность лишний раз пошутить давала возможность расслабиться хотя бы самую малость.
– А вы мне нравитесь, – произнёс тот, – но при этом не пытаетесь этого сделать – это мне нравится ещё больше.
– Всегда к твоим услугам, ведь иного выбора у меня теперь нет, – горько усмехнулся Ховард. – Насчёт догадок – я не собираюсь подписывать себе приговор самостоятельно, знаешь.
– Дело действительно серьёзное, сэр, – задумчиво ответил Пол, – но я вам ясно дал понять, что ничего не собираюсь делать с этим знанием, хоть мне и не особенно приятно хранить этот ваш секрет. Я видел вас на набережной, и сложно было не заметить то, как вы…
