— Кто меня спрашивал? Вы? Чем могу служить? Ага, направил генерал-майор? Тэк-тэк... Я в курсе. Как же это медведи-то вас обидели? Сбросим, сбросим все необходимое. Генерал-майор сам желает посетить перевал? Вот что? Тэк-тэк... Доставим. На Ягдынью доставим, а там придется пешим порядком. Километров сорок, сорок пять... Когда приготовить ему самолет? Дополнительно сообщат? Тэк-тэк... Все будет в порядке. Разрешите вашу заявочку...
Зимин попросил извинить его, что побеспокоил. Отдал письменную заявку на доставку продуктов. Попросил и его доставить до Ягдыньи дней через пять.
— Все сделаем. Все от нас зависящее. Вася! Дай квасу!
Тут Капитон Романович забрал свежие газеты и ушел. Жора опять насмешил летчиков, изобразив «Капитошу»:
— Тэк-тэк... В курсе дела...
— Хо-хо! В точности!
Затем Жора схватил гитару и, безжалостно дергая струны, сыграл вальс «На сопках Маньчжурии» и краковяк. Зимин сказал, что очень соскучился по музыке, тем более что уже столько времени провел в тайге. Тот самый Вася, который ходил за квасом для начальника, стал расспрашивать Зимина об экспедиции и происшествии с медведями. Рассказ Зимина понравился. Смеялись, задавали вопросы. Зимин за словом в карман не лез. Наговорил им с три короба былей и небылиц.
Расстались приятелями. Жора пошел проводить посетителя:
— Тут есть тропинка... Я покажу. По ней до Лазоревой рукой подать!
Некоторое время шли молча. Потом Жора заговорил тихим голосом:
— Пароль бы надо переменить. Довольно этих теток восьмидесяти и девяноста лет. Деньги возьмите.
Зимин тоже тихо:
— Вам задание: чтобы самолет, на котором полетит начальник строительства Агапов, не долетел. Упал чтоб и разбился вдребезги.
— Когда полетит?
— Агапов? В ближайшем будущем. Учтите, что это очень важно.
— Угробить самолет — не простая штука. Имейте в виду, что машина перед вылетом проверяется. И какому летчику хочется грохнуться оземь?
— Мало ли что. Хочется — не хочется, а падать надо, если мы решили. Холодная война не такая холодная, как кажется. Иной раз даже обожжешься.
— Ого! Бывает так жарко, аж вспотеешь.
— Нашу задачу я так понимаю: палки в колеса втыкать, чтобы не так быстро вертелись.
— Втыкаем по мере сил и возможностей. У меня с ними свои счеты. Ну, и как говорится, — долг платежом красен.
— Хороший ты парень, Жора! — перешел на ты Зимин. — А в нашем деле с хорошим человеком даже поговорить нельзя. Кто слаб на язык, тому лучше не совать носа в игру.
— Точно. Ну, я вернусь. Увидимся. Ведь здесь же где-нибудь будете?
Жора ушел. Зимин медленно брел в тени лиственниц. Что это? Около пня краснела трогательная земляника. Спелая. Наклонился. Сорвал. Ягода легко отделилась от бледно-розового венчика.
«Да. Только выжить, только пройти этот опасный перевал. А там — настоящая жизнь! Деньги... Наслаждения... Голова кружится, как подумаешь... А черт, проклятые комары!».
Зимин дошел до того места, где лежала убитая змея. Над ней уже вились мухи. Зимин гадливо поморщился и плюнул.
«О чем я приятном думал? Да — деньги и удовольствия... Человек живет, чтобы получать удовольствия. Их покупают за деньги...».
Зимин любил хрустеть пальцами. Одной рукой сжать другую и слушать, как хрустнет.
«У Агаповых даже посуды приличной нет. Живут, как свиньи. Будь я начальником такой стройки, так я бы... Даже здесь, в этой проклятой стране, и то бы... устроил фейерверк!..».
Однако дальше красивой посуды и фейерверка фантазия его не шла. Он выбрался из леса. На открытом месте солнце нещадно пекло. Он все же не останавливался, поднялся на пригорок.
Вот и домик Агаповых.
— Извиняюсь, — сказал Зимин вышедшей на крыльцо чернобровой Лизе. — Вас не затруднит дать мне глоток воды? Знаете ли, умираю от жажды.
Он молча нагло смотрел на нее. Она покраснела, смутилась, расплескала воду.
«Жаль, что надо отправляться на перевал, а то бы...».
Вдали показался сам Агапов. Зимин быстро удалился, не желая, чтобы начальник посчитал его легкомысленным.
«Как странно складывается судьба у людей! — усмехался Зимин, уже придя в свою «комнату для приезжающих» и ложась на постель. — Вот ходит этот Агапов... бреется, завтракает... всякие там заботы... думает — вот не забыть бы зайти зубной порошок купить... А к чему? Если бы он знал, что в ближайшие дни его ждет госпожа смерть? Что он погибнет при «случайной аварии» самолета? А ведь тогда не стоило бы и бриться? Тогда бы, пожалуй, и так сошло?».
Зимин лежал на постели, застланной новым красивым одеялом, и пачкал его логами, землей, налипшей на подошвы его сапог. Зимин беззвучно смеялся.
«Да, я незаметный человечек, какой-то там топограф — и я вершитель ваших судеб, господа строители, господа большевики...».
Он понимал, что и сам рискует каждую минуту головой. От этого ощущения опасности делалось весело и жутко, как при большой ставке в азартной карточной игре.
Перед тем как отправиться обратно на перевал, Зимин побывал у Байкалова. Байкалов вызвал его, чтобы познакомиться лучше и подробнее расспросить об Аргинском перевале.