Не трогая замок из рук у меня на груди, переворачиваюсь, чтобы оказаться лицом к ней.
- Не хочешь говорить, тогда скажи действиями, – продолжаю гнуть свою линию, а Таня улыбается.
Алехина перекладывает руки мне на грудь, а потом, подумав еще, скользит под футболку. Ничего не делаю, просто слежу. Ее ладони выписывают круги на моем прессе, наглаживают косые мышцы, опускаются к самому низу, отчего непроизвольно напрягаюсь. Шумно выдохнув, Таня ведет пальцами еще ниже, пробираясь под джинсы, расстегивает пуговицу и молнию и добирается до моего стояка. Я продолжаю смотреть на это с каменным лицом, хотя внутри меня бушует дикая буря, и когда ее ладошка обхватывает член через трусы, молча смотреть и не моргать становится просто невозможно.
- Не смущает, что мы на балконе? – решаю спросить.
- Ну… Сейчас уже ночь. У тебя восьмой этаж. И мы вообще одеты, – договаривая фразу, устраняет последнюю преграду на своем пути. Чисто технически – да, я полностью одет. Фактически – она держит в руке мой член. Точнее, не просто держит.
Не, это все прекрасно, но я предпочитаю не руку, я ее всю. Жду еще немного, пока наиграется, раз ей так захотелось. Еще больше возбуждаюсь, наблюдая за ее действиями, и в итоге просто подхватываю, усаживаю на себя, как мартышку на пальму, и тащу в комнату. Не знаю, ее так развеселило, что сама первый раз стала приставать ко мне, но она определенно веселится. Интересно, а если ее отшлепать, она будет про себя думать «как этот чертов малолетка посмел бить меня по заднице»? Ну, не попробуешь, не узнаешь. Сажусь на диван, так и оставляю ее сверху, смотря на нее. Красивая. Такая, блять, красивая, что хочется с землей подраться, лишь бы ее никому и никогда не отдавать. Чтобы вот это все, происходящее между нами, было не сказочным мигом, а чем-то длящимся. Не просто игрой между принцессой и парнем с улицы, который ей, вообще-то не подходит, а историей, как послать весь мир на хер, если кто-то против нас. И быть вместе всем назло.
***
Я просыпаюсь, наблюдая, как она продолжает спать. Вроде все хорошо, а как-то немного странно. Она такая красивая, образованная, успешная. И со мной. Нет, не на старом скрипучем диване, я уже давно новый купил. Но квартира скромная, старенькая, а я – вообще не принц из ее сказки. Я просто беру и делаю то, что могу, и в будущем сделаю тоже все, что от меня зависит. А сейчас просто лежу и смотрю. Не выдержав так долго, протягиваю руку, чтобы дотронуться до ее щеки, погладить и завести пальцы за ухо, продолжая поражаться, как меня торкает от любого прикосновения к ней, даже этого невинного.
- Сколько времени? – спрашивает сонная Таня. – Нам уже пора вставать на работу?
- Ты переработала уже, Тань, сегодня суббота, нам никуда не надо.
- Да? Блин, я даже не поняла сразу, – зевает и поворачивается спиной ко мне.
- Расслабься.
- Может, встанем раз проснулись?
- Неа, – прижимаюсь к ней со спины, обнимая двумя руками, и целую в шею.
- Будем валяться или…
- Или, – пресекаю все лишние рассуждения, целуя сильнее, распуская руки и наслаждаясь тем, как она реагирует.
- Ты так быстро заводишься, – говорит шепотом, как будто стесняется этого.
- Скажу честно, ты не сильно отстаешь. Давай займемся утренней зарядкой. А ну-ка, переворачивайся на живот.
***
- Могу сделать горячих бутербродов. Или ты не ешь такое?
- Редко ем. Но это вкусно.
- Понял, сейчас займусь.
Таня осматривается, изучая мою незамысловатую кухню. Они зачем-то напялила те брюки, в которых была вчера, хотя я рассчитывал любоваться попой в кружевных трусах. Ну ладно, зато смогу хоть как-то рассуждать и что-то делать, а не просто облизывать ее взглядом. Намазываю сыр на батон, сверху накидываю колбасу, кружочки помидора, твердый сыр. Делаю, как делал бы себе, раз уж она согласилась. Хотя со мной и бургеры ест, и сладости, и хотя сама же говорила, что это вредно и неправильно, сама же и соглашается. Отправляю тарелку с бутерами в микроволновку, а сам иду в душ, потому что Танька все равно уткнулась в телефон. Ну точно, давно же не работала. Мне много времени не нужно, но когда возвращаюсь на кухню, Алехиной тут вообще нет, и мне кажется, что она ушла в спальню разговаривать по телефону.
- Ты идешь завтракать? – кричу, чтобы было слышно в комнате.
- Сейчас.
Возвращается через минуту и в смешанных чувствах.
- Что случилось? С кем ты разговаривала?
- С мамой.
- И она услышала мой голос?
- Да. Ничего страшного не произошло, я же большая девочка, имею право с утра находиться рядом с кем-то. Просто я маме о тебе еще не говорила.
- И это понятно, я бы скорее удивился, если бы уже успела.
Достаю бутерброды из микроволновки, снимаю с тарелки крышку, и в нос бьет чудесный запах еды. Почему-то я чувствую себя нереально голодным, хотя вчера, казалось бы, на пятьдесят процентов состоял из шашлыка.
