Эми кивает. Подходит носильщик с тележкой: он пришел за чемоданами. Карлос лезет к Стиву обниматься.
— Я не обнимаюсь. Прости, — говорит Стив.
— А я обнимаюсь, — обхватывает его руками Карлос.
— Я весь потный.
— Это Южная Каролина, — говорит Карлос. — Тут все потные. Хорошего вам полета, ребята, и не вздумайте умереть. Нам со Стивом еще надо сходить на авиашоу.
Он кланяется Рози:
— Мисс Д’Антонио.
— Спасибо, Карлос.
Карлос возвращается на дежурство, а Рози, Стив и Эми шагают к взлетно-посадочной полосе.
— Вам надо упомянуть Карлоса в одном из своих романов, — говорит Эми, — в качестве благодарности.
— А я его знаю, — сообщает Рози, — и он уже был в моем романе. Читала «Пока ты был мертв?»
— Видимо, уже нет смысла притворяться, что не читала, — бормочет Эми. — И кто там Карлос? Охранник в конце?
— Бывший морской котик, с которым писательница переспала на частном аэродроме, — заявляет Рози.
— Ясно, — вздыхает Эми. — Почему я не удивлена?
Рози показывает носильщику, где стоит их чартерный самолет.
41
Макс Хайфилд встречается с Хэнком ван Вином в «Уилберфорсе», частном лондонском клубе в переулках Пэлл-Мэлл. Дерево и кожа, мужчины и женщины в костюмах и галстуках, говорящие полушепотом, — Хэнк любит назначать встречи в таких местах.
Макс тут уже бывал. Иногда клуб арендуют для киносъемок. Однажды он пристрелил нациста в здешнем туалете. Понарошку, конечно же.
— Простите, сэр, нельзя в спортивной обуви, — говорит швейцар в котелке.
— Что? — удивляется Макс.
Может, парень его не узнал? Макс снимает шапку и картинно проводит широкой ладонью по густым волосам.
— Нельзя в спортивной обуви, — повторяет швейцар.
Видимо, волосы Макса не произвели на него впечатления.
— Вы меня не узнаете? — спрашивает Макс.
С опытом он понял, что это вежливее, чем «Вы что, не знаете, кто я такой?».
— Узнаю, мистер Хайфилд, — говорит швейцар. — Видел вас в кино. И очень рад приветствовать вас в «Уилберфорсе», но сюда нельзя в спортивной обуви. При всем уважении.
Макс решает поспорить:
— Это кроссовки за семьсот фунтов.
Швейцар вскидывает бровь и спрашивает:
— За штуку?
Макса пускают везде. Даже в спортивной обуви. Макс ходил на королевскую свадьбу босиком и в саронге. Да, это был саронг от Александра Маккуина, но тем не менее. Это какое-то недоразумение. «Только не выходи из себя, Макс, — приказывает он себе. — Помни, даже маленькие людишки покупают билеты».
— У меня встреча с Хэнком ван Вином, — говорит Макс. Имя Хэнка наверняка должно что-то значить.
— Да, сэр, — кивает швейцар. — Кажется, мистер ван Вин уже ждет вас в библиотеке. В нормальной обуви.
— А вы не даете нормальную обувь напрокат? — спрашивает Макс.
— Разумеется, мистер Хайфилд. Какой у вас размер?
У Макса Хайфилда тридцать девятый размер.
— Сорок пятый, пожалуйста.
Швейцар уходит в чулан и возвращается с коричневыми ботинками сорок пятого размера.
— Коричневые? Но я весь в черном.
— Увы, сэр, сорок пятого размера остались только коричневые. Есть черные сорок четвертого, подойдут?
— Мне даже сорок пятый мал, — говорит Макс. — Ладно, возьму коричневые. Но мне нужны гарантии, что меня не будут фотографировать, пока я в здании.
— Сэр, это «Уилберфорс», — отвечает швейцар. — Тут вас скорее нарисуют с натуры маслом, чем сфотографируют.
Макс кивает, подходит к старинной банкетке и надевает новые ботинки. Он собой гордится. Прежний Макс вышел бы из себя, стал бы орать, но психотерапия творит чудеса.
— Мне очень понравился «Погром-7», сэр, — говорит швейцар. Не так уж плох этот малый, думает Макс. Он просто делает свою работу.
— Спасибо, дружище, — отвечает Макс. — Я перед съемками Чехова и Ибсена читал. Думаю, это заметно.
— Еще как заметно, — подтверждает швейцар.
Пальцы Макса едва доходят до середины ботинок. Он не в восторге от того, что приходится встречаться с Хэнком, но Джефф Нолан не подходит к телефону. А Хэнк второй после Джеффа в мире частной охраны. Услуги оказывает те же. Хэнк знает, что Макс приведет ему клиентов, и согласится на сделку.
Одной запиской дело не ограничилось. Вторую подсунули под дверь гримерки.
Пусть другие выясняют, где Джефф Нолан. У Макса в жизни одно правило: идти вперед и никогда не оглядываться. Или это два правила? Психотерапевт просила его задуматься, хорошая ли это тактика. Идет ли она на пользу ему самому и окружающим — коллегам и близким? Полезно ли всегда смотреть только вперед?
Макс последовал совету психотерапевта, хорошенько об этом подумал и пришел к выводу, что да, эта тактика идет на пользу ему и окружающим. Психотерапия — это что-то. Она даже налогом не облагается.