Ольга вдруг развернулась, подошла вплотную к «фотографу»:
– Почему вы не расплачиваетесь со мной?
– Мне показалось это непедагогично в присутствии детей, – дряблоухий пожал плечами. – К тому же, если бы всё получилось с первого дубля, а так… Мне уже не тридцать лет, сами понимаете?
С этими словами он закатал левый рукав несвежей рубахи, и Ольга увидела несколько кровоподтёков в локтевой ямке.
Оказавшись с мальчиками в машине, Ольга не спешила уезжать. Её привлек полицейский «уазик» на противоположной стороне улицы.
«Сейчас я задам этому. «импровизатору», покажу, как издеваться над людьми. Тоже мне… дырки в венах придумал! В черепе у тебя дырка, а не в венах. Фантазёр, понимаешь, извращенец настоящий! А никакой не спасатель человечества».
Перебежав через дорогу, Ольга обрушилась на молодого служителя закона таким обилием подробностей, что через минуту дряблоухого на выходе из подъезда поджидал «наряд».
Пропустив несколько жильцов, полицейские зашли в подъезд. Никого, даже отдалённо напоминающего дряблоухого или его сообщников, они не обнаружили.
Когда «Гетц» подъезжал к дому, где жили Ольга с сыном, зазвонил мобильник.
– Во время шестого дубля, – прохрипел в трубке голос дряблоухого, – я по глупости решил уходить через подъезд. И столкнулся с твоими крысоловами. Кое-как исчез у них на глазах. Как видишь, я правильно сделал, что тебе не заплатил. Достаточно того, что вы остались целы и невредимы.
Ольга в сердцах швырнула трубку на сиденье.
– Прикинь, Клав, я ему говорю, у меня температура утром тридцать семь и пять, не могу, мол, не в состоянии… А он, как заведённый, прикинь, выпей, говорит, арбидол, и за прилавок. Поскольку заменить тебя, дуру, мне некем. Или рассчитывайся, чтобы я на твоё место принял более здоровую. Тогда можешь болеть, сколько тебе заблагорассудится.
– Тут и прикидывать нечего, Машунь, ты знала, куда идёшь. Нас, продавцов, сейчас хоть завались. Мы, в основном, провинциалки. И прежде, чем уволиться, сто раз подумаем и прикинем, что к чему. Они на это рассчитывают и наглеют…
– Поэтому к нам можно относиться, как к скотине?
Две девушки – платиновая блондинка и жгучая брюнетка – разом замолчали и изобразили фальшивую занятость, когда в торговый зал вошёл лысый веснушчатый толстяк в клетчатой рубахе, пущенной поверх брюк.
– Хватит стрекотать, тетёрки, – выдохнул он со свистом, закрывая дверь, из которой вышел, на ключ. – Я часам к пяти буду, чтобы дождались меня! Всё, я поехал.
С этими словами толстяк кое-как протиснулся между кассой и вывешенной недавно коллекцией халатиков и, едва не споткнувшись, исчез за входной дверью.
Девушки проводили его дежурными улыбками и собрались было продолжить разговор, как вдруг те самые халатики зашевелились, разъехались в разные стороны, и буквально из ничего высунулась дрожащая старческая рука и начала судорожно хватать воздух. Халатики посыпались с крючков, затрещала материя, «плечики» упали на пол.
Обе продавщицы, как по команде, неистово завизжали.
Тем временем руке удалось ухватиться за кронштейн, и из небытия, словно из могилы, в пространство торгового зала вылез взъерошенный старик в бесформенном коричневом плаще, таща за собой другой рукой нечто объёмное и серебристо-переливающееся. Вскоре шокированным «зрительницам» стало понятно, что в руке старика – странная конфигурация из множества вращающихся серебристых колец, по форме напоминающая человеческий силуэт. Старик бесцеремонно тащил его за кольца, находящиеся на шее. Кольца искрили и скрежетали.
С одной из девушек случилась истерика, другая медленно повалилась со стула.
«Нечто» тем временем постепенно обрело контрастность и вполне земные очертания. Обнажённое тело молодой женщины ничуть не смущало невозмутимого старика, который продолжал стягивать с него одно кольцо за другим.
Улучив момент, когда искристое чудо переместилось в сторону «подсобки», первая из продавщиц выскочила из бутика, хлопнув наотмашь дверью.
Едва сознание вернулось к лежащей под прилавком девушке, она расслышала отрывистые фразы. Старик и молодая «серебристая» инопланетянка разговаривали на повышенных тонах:
– Кто тебе, курица ты общипанная, йцукен, – натужно хрипя, выговаривал пленнице старший по возрасту, – разрешил пользоваться тем, что тебе не принадлежит?
Сгруппировавшись, испуганная продавщица села под столом и осторожно выглянула в проём между стойками и вращающимся креслом, увидела растрёпанного старика, у которого из ботинок торчали носки, рубашка вылезла из брюк, а подтяжки то и дело норовили расстегнуться.
Своей взъерошенностью и небрежностью в одежде он напомнил ей Мальчиша-Плохиша из детского мультфильма. Стягивая с инопланетянки кольцо за кольцом, он не обращал никакого внимания на её яростное сопротивление.
Оказавшись без колец, представительница другой цивилизации схватила с плечиков полосатый халатик и, прикрывшись им, залепила Плохишу пощёчину. При этом «зрительница» под столом впервые услышала её голос:
– Старый пердун, ты что делаешь?! Так по-свински поступать…
