Они стояли среди спешащих, снующих туда-сюда пассажиров и не замечали никого. А может, это и есть счастье? Когда две души вырвутся из повседневности, и уже никогда не расстанутся.
«Его-то душа наверняка в рай попадет, в отличие от моей, – думала Лейла, набирая повторно номер. – Ну и пусть. Зато тела будут вместе».
– Можно вас поцеловать? – спросила она вслух, улыбнувшись самой обворожительной из своих улыбок. В его лице мелькнула растерянность, но лишь на секунду. Он кивнул.
Закрывая глаза, она уловила, что народа вокруг них много как никогда.
Когда их губы соприкоснулись, она нажала на кнопку.
– За кого зацепились-то? – студент упёрся задом в доктора, отчего тот вскочил, сорвал с головы электроды и отодвинул студента в сторону.
– Вот эта девица. Уже с поясом, – указал профессор жестом на монитор, на котором можно было с трудом разглядеть в мелькающей размытой толпе хрупкую фигурку.
Бронислав тем временем стоял у зеркала и рассматривал своё лицо.
– Что тебя смущает? – пристально посмотрел на него Жидель? – Нащупал выбитые зубы? Или пару лишних обнаружил?
– У меня здесь был синяк. Он, конечно, уже заживал. Но следы оставались. Где они? Нет ни отёка, ни боли! Кто стёр его с лица?
– Ну, ты даёшь! Сам же искорёжил время, а потом удивляешься, куда делись следы! Тебя никто не бил, запомни! И хватит об этом! Удар ты получишь… Если получишь, разумеется. Только значительно позже. И не от того, кого помнишь, а от меня!
– Но почему тогда я всё помню?
– Я сохранил твою память, склеротик! Вычленил и сохранил с помощью сетчатки! Сетчатка нам для того и даётся! Кто тебе этот синяк посадил?
– Мужик один…
– Точно, мужик? А не эта баба?
Бронислав взглянул на монитор и отрицательно покачал головой.
– Мужик. Мужик. Не этот случайно? – Жидель ударил на клавишу, на экране Бронислав увидел своего обидчика.
– Этот, этот, – процедил доктор. – Хоть и его нет в живых, но… не могу я… забыть. О мёртвых или хорошо, или…
– Нет в живых? – Жидель выпучил глаза. – Йцукен, ты оживил его своим поступком! Своей идиотской выходкой вы спутали все карты! Сейчас привыкай жить заново. В новой реальности. Как будто не было ни убийств, ни драк. Он жив! И это самое скверное!
– Жив? – Бронислав схватился за скулу. – К-каким образом?
– Догадайся с трёх раз! Но время терять мы не будем. Вне сомнения, этот ковбой никакой роли не играет. Всё дело в этой мадам. Сейчас я пропущу её через контур.
Жидель крутанулся на стуле так, что едва не слетел на пол.
– Что делать-то? – осторожно прошептал Торичео. – Ходячие трупы! Я не хочу жить среди них, боюсь!
– А придётся! Пока! – усмехнулся Жидель, увеличивая скорость вращения зелёной пластинки. – С этим можно смириться и даже… пренебречь. Более того – этим мы, пожалуй, воспользуемся. Итак, наша героиня, начинённая взрывчаткой, движется на вокзал. Думаю, мы на правильном пути, ячсмитьбю!
– Её можно отследить от самого дома, и… перехватить. – доктор попытался спрыгнуть с кушетки, но прилив головокружения заставил оставить эти попытки. – Или.
– Вот именно, или! Как ты её перехватишь, она нажмет на кнопку и. – с обидой в голосе воскликнул Жидель. – Вот что значит рантепс, прихватизированный молодыми дебильными интеллектуалами, которые почему-то считают себя умнее всех. То, что мы видим – прошлое. А поле битвы – реальность. И в этом – главная сложность. Время очень ограничено.
– Она держит в руках сотовый, Юрий Валентинович! – тревожно заметил Торичео. – Кому-то звонить собралась?
– Звонить! Святая простота! – усмехнулся профессор. – Это детонатор, юбьтимсчя! До взрыва остались… секунды! Вернее, он уже произошёл.
– Каков же выход? – спросил доктор, выдирая из своей шевелюры один клочок за другим. – Придумайте что-нибудь!
– Эх вы, страусята, – Жидель подошёл к доктору и отечески похлопал по плечу. – Несколько дней назад ты, вождь ничевоков, не подозревал о моём существовании. И, как ни странно, жил, худо-бедно справлял физиологические потребности. А теперича что? Без меня ни шагу? Где самостоятельность?
– Скажем, нужду справить без вас у него и сейчас мозгов хватит, – заметил Торичео, устраиваясь в кресле Жиделя.
– Короче, ребятишки, я выхожу на место, чтобы лично обезвредить преступницу. Не могу отказать себе в этом удовольствии. Всегда мечтал предотвратить теракт, – профессор подошёл к светящейся в лазерном луче пластинке. – Следите за пластинкой и будьте на связи! Вы мне можете понадобиться! Никуда не отлучаться!
Торичео с доктором не успели и двух слов сказать друг другу после исчезновения Жиделя, как экран монитора вновь вспыхнул, и на нём в голубом свечении «нарисовалось» перекошенное лицо профессора почему-то «на боку».
Первым опомнился ученик, подскочил, включил «громкую связь».
– Ребята, ячсмитьбю, я тут в прошлом увяз ненадолго… Не всё идёт гладко, – хрипел Жидель, то и дело рискуя растянуться по диагонали. – Вы мне нужны будете дома, причём оба! Так что срочно отправляйтесь ко мне на квартиру.
