Или не у неё?
Доктор осмотрелся, почесал затылок. Никаких признаков приближающегося апокалипсиса не наблюдалось: майское солнце улыбалось с голубого неба, клейкая листва распускалась на тополях.
Профессору удалось предотвратить конец света? Или радоваться пока рано?
Оказавшись в лифте, доктор почему-то вспомнил события той злополучной ночи… Когда он, оставив машину на стоянке, ничего не подозревая, готовый в лепёшку разбиться ради своей возлюбленной, поспешил к ней.
А выходя из кабинки, увидел этого. Ван Дамма… этого Кирилла. Оказывается, у них с Мариной в прошлом что-то было, и чтобы доктор не мешал этим воспоминаниям, ему Ван Дамм «выгравировал» тавро в области левой скулы. Правда, не раскалённым металлом, но всё равно – весьма запоминающееся.
Сколько он ни звонил, за дверью не угадывалось никаких движений.
«Интересно, где может она задерживаться, – подумал доктор, взглянув на часы. – Рабочий день давно закончился. К тому же её пацан просто обязан быть дома и учить уроки!»
Выходя в расстроенных чувствах из подъезда, едва не споткнулся на ровном месте.
Радоваться было однозначно рано!
К подъезду «подкатывал» его джип «Куга». Целёхонький, будто вчера с конвейера сошёл. Будто не запирал в нём Бронислав архивариуса не так давно, и не вырывался тот из него, раздолбав все стёкла и покорёжив кузов до неузнаваемости.
Что за светопреставление?!
Джип тем временем замер у подъезда, за рулем доктор разглядел… свою рыжую бороду. Ему стало не по себе. Рыжебородый целовался с симпатичной блондинкой.
Присмотревшись, доктор даже разглядел синяк на левой щеке. Его синяк! Тот самый, которого у него сейчас не было!
Час от часу не легче!
Вскоре раскрылась задняя дверь, на асфальт выпрыгнул парнишка с ранцем. Ещё через секунду блондинка выскочила, послала воздушный поцелуй водителю, кажется, бросила на прощанье что-то типа «Пока, Броник», и взяв парнишку за руку, почти бегом направилась в подъезд.
Доктор смотрел, как «Куга» трогается с места, как плывёт в вечерних сумерках прочь. Это его жизнь, где он должен быть главным действующим лицом! Кто украл её у него?
Кое-как сориентировавшись в последний момент, бегом кинулся вверх по ступенькам. На одном из виражей споткнулся, и лишь по счастливой случайности не пробороздил носом цементный пол.
– Мы потеряли её! – запаниковала Марина. – Я не представляю, где Ольга сейчас может быть. Всё перемешалось, как в овощерезке, ничего не поймёшь. Вчера, сегодня, завтра…
– Кончай раньше времени икру метать! – раздражённо заметил Кирилл. – Дебильный старикан этот исчез, словно из другого измерения. Что вообще происходит?
– Не надо было преступление замышлять, – строго выговорила Марина. – Ничего бы не произошло. Напортачили так, что расхлёбывать и расхлёбывать. Что делать сейчас, а?! Не сидеть же сложа руки!
– Я себя чувствую, словно в навороченном блокбастере каком-то, честное слово. Мы в России живём или нас снимают? Мы под колпаком у кого-то или под стеклом? Какая-то штучка, блин, вспыхнула, и всё исчезло. И ты у разбитого корыта, словно вычеркнули из сюжета, отмахнулись, как от слепня надоедливого.
Неожиданно у Кирилла запиликал мобильник.
– Это твоя… самая… подельница беспокоится. Потеряла ненаглядного, – со злорадством заметила Марина. – Поговори, утешь. Так, мол, и так, жив, здоров.
– Не суди людей по себе! – заметил Кирилл, глядя на дисплей сотового. – Между прочим, номер незнакомый.
– Как будто нельзя купить новую симку!
Отпустив в трубку несколько ругательств, Кирилл передал её Марине:
– Между прочим, тебя. Этот старикан хочет что-то с тобой перетереть. Гони его ко всем чертям.
– Алло, старый мерин, я тебя встречу ещё раз – убью, не задумываясь. – накинулась на невидимого собеседника Марина. – Ты со мной о чём договаривался, ты мне в бутике что обещал. А сам?… Гнида!
На том конце хрипловатый голос спокойно заметил:
– Меня убьёшь, юбьтимсчя, кто спасёт твоих детей, Ольгу, всех вас, убогих? Кто заступится за вас? Кому вы на хрен нужны, кроме меня? Вывалишься из окна тамбура на скорости восемьдесят км в час, и только в кустах рваный бюстгальтер с кровавыми разводами найдёт какой-нибудь деревенский пропойца. Может, обменяет на косушку, если повезёт.
– Ты меня запугать решил? – поинтересовалась она, чувствуя, как весь пыл улетучивается на глазах. – Так не боюсь я тебя!
