Всего один день провел Петр в Венеции, но от созерцания этого парящего над Адриатикой чуда, в сердце его останется истинное восхищение.
************************************************************************
На следующий день Петр наведался на склад узнать об отправке товара в Питер. Тут, сегодня, хозяйничал Риккардо. Это был высокий, всегда элегантный, мужчина лет сорока. Он был слишком сед для своего возраста, черты лица тонкие, под стеклами очков умные внимательные глаза.
– А, Петр. Как дела? Твое, уже отослали сегодня утром. Но последние 25 коробок от Удинезе так и не прибыли. Обещали на завтра. Я тебе советую проконтролировать, если хочешь в Питере получить все вместе. Сам знаешь, какие они. Риккардо хорошо и бегло говорил по-русски. Он несколько лет провел в Питере, там и женой обзавелся. Петру импонировали его непринужденность, приветливость и живой ум.
– Чтоб им пусто было! Придется ехать к ним. Ты, тут, зашиваешься?
– Что значит зашиваешься?
– Ну, заработался, значит. Устал.
– Ничего. Уже, видишь, почти все отправили. Осталась мелочь. Послезавтра целых три выходных возьму. А ты, я слышал, с Василием в Венеции был?
– Был.
– И?
– Слов не найду. Очень красиво. Ты счастливчик, Риккардо, что родился в этой стране.
Тот, блеснув стеклами очков, печально улыбнулся:
– Не все так замечательно, как видится туристу. Для приезжих вся Италия, как музей, наполненный сокровищами. Но разве в музее можно жить?
Петр посмотрел на него недоуменно.
– Наверное, можно. Мы же живем. Но большая ошибка думать, что жизнь, здесь, весела и беззаботна. Думаю, не больше, чем в Турции или в России. Ты будешь смеяться, но мне понравилось и там и там. Может быть, это тоже впечатления туриста, теперь уже итальянского. Хотя в России, как ты знаешь, я два года прожил. Нам среди наших палаццо, вилл, именной одежды и прочего, не хватает простоты и искренности в отношениях. Хотим быть добрыми, но смотрим, в первую очередь, на внешние проявления. Поэтому и забываем про настоящее добро, и стараемся только выглядеть хорошими. Многие разучились просто любить и смеяться. Просто. Значит без оглядки на престиж, статус.
– Нагнал мрака. Хотя, что-то в этом есть. Ты прав, со стороны все кажется иным, чем изнутри. Спасибо, хоть Боженька, за то, что наши страны гостеприимны.
– Это в точку… Кстати, ту аудиокассету, что ты подарил я послушал. Понравилось очень. Жаль только, что многое так и не смог понять. Высоцкий. Никогда, прежде не слышал этого имени. Здесь оно никому не знакомо. Слышна необыкновенная сила в его песнях. Мне самому теперь удивительно, что я не знал раньше русского языка, не читал русских книг, вообще, не был в России и не знал ее народа. Ведь, я полюбил Россию, как родину. Европа сама себя обворовывает, отгородившись от всего мира стеной самодостаточности. По-моему, это – очень не мудро. Если можно так сказать.
– Можно. – Петр мерил шагами белый пол складского помещения. – У нас та же проблема. Культурные течения и общий ритм европейской жизни, или вовсе не доходят до нас, или докатываются с приличным опозданием и искажениями. Уже несколько поколений читают книги тех же западных писателей. Даже многие знаменитые, здесь, авторы, не известны нашей интеллигенции. Их, вообще, словно не существует. Почему? Нет единого культурного информационного поля. Переводов нет. Грустно.
– Грустно. Но я рад, что хоть мы с тобой, имеем стремление и хоть какие-то возможности взаимно обогатиться от источников наших культур.
– Да, мы мостики между нашими странами.
– Это утешительно, считать себя мостиками. Не правда ли?
– Еще как. – Они засмеялись.
Через два часа Петр подъезжал на взятой в прокат машине к огромному комплексу оптовых складов «Удинезе». Сделав круг по извилистому виадуку, перед ним открылся светло-серые корпуса складов. Он припарковался у одного из них, напротив стеклянных, автоматически распахивающихся ворот с зеленым логотипом фирмы «Удинезе».
– Синьор, Барлотти! – Петр крикнул почти через пол зала, там он заметил полного мужчину средних лет, в ладном бежевом костюме.
Тот обернулся. Его помятое, слегка смущенное лицо, расползлось в любезной улыбке. Он, тут же, взял курс на Петра.
– А, Пьетро. Чем могу быть полезен?
– Да вот, не могу дождаться заказа. Завтра самолет, и если я не заберу мои коробки сегодня, они еще неделю проваляются на складе в Италии.
– Проблем не будет. Не беспокойся. У нас уже все есть в наличии, только час назад получили. – Он повернулся в сторону стеллажей и возопил так, что у Петра чуть не лопнули барабанные перепонки. – Микеле, живей отсортируй заказ для Пьетро! Нужно срочно отправлять!
– Кофе? – на четыре тона убавив голос, предложил Барлотти.
